Читаем История рыцарского вооружения полностью

На колонне императора Траяна изображены всадники и в более простых кольчугах с зубцами на плечах и по подолу. Такая кольчуга весила около девяти килограммов. Носили их не только всадники, но также и римские лучники в Дакии. Судя по рельефам на колонне, у всадников были длинные, до щиколоток, туники и восточного вида сфероконические шлемы, а также кольчуги с фестончатыми рукавами и подолом{25}.

Интересно отметить, что вес римских кольчуг в целом соотносится с весом кольчуг из Судана, сделанных во второй половине XIX века и весивших тринадцать с половиной килограммов. Известно, что внутренний диаметр колец у отдельных римских кольчуг составлял четыре миллиметра, что меньше диаметра многих дошедших до нас средневековых кольчуг, в которых кольца имели в среднем внутренний диаметр пять — семь миллиметров.

Кольца у большинства кольчуг римского времени не заклепаны, а просто сведены, что свидетельствует, скорее всего, о налаженном, «поточном» производстве, при котором массовость выпускаемой продукции весьма ощутимо понижала качество изготовления.

Кольчуги имели широкое распространение и в Сасанидском Иране, где они применялись параллельно с панцирями из пластин. Например, до нашего времени в превосходном состоянии дошло наскальное изображение в Тадж-и-Бостане, сделанное около 620 года, на котором достоверно переданы доспехи шаха Хосрова II. Видно не только каждое кольцо его кольчужной рубахи, но даже места их стыковок. Налицо «перекличка» этих доспехов с находками в могиле Венделя в Швеции и со шлемом с маской-личиной из погребального корабля в Саттон-Ху в Англии{26}.

На Востоке доспехи претерпели значительную эволюцию: в XIV веке широкое распространение там получили доспехи из пластинок, соединенных друг с другом при помощи кольчуги. Выпуклые пластинки, например, защищали колени — восточные всадники ездили с короткими стременами, и поэтому их колени были весьма уязвимы для стрел и холодного оружия противника. Естественно, что вес такой конструкции был велик. Но зато соединение кольчуги с пластинками позволило создать такие доспехи, которые смогли полностью закрыть не только самого всадника, но и его коня. Они были легче пластинчатых, но более надежны, чем собственно кольчужные!{27}

Значительно больше металла по сравнению с кольчугой требовали и латы — доспехи из крупных металлических пластин, сначала медных или бронзовых, а в более позднее время сделанные из железа. Как правило, такие панцири состояли из двух половин: передней и задней, скреплявшихся по бокам и на плечах при помощи штифтов и петель. Причем в эпоху Древнего мира было в обычае подчеркивать на них рельеф мускулатуры, из-за чего их так и прозвали «мускульными кирасами»{28}.

Но во второй половине VI века до н. э. популярность таких панцирей резко упала, и на их место пришли более легкие и не такие дорогие доспехи из проклеенной льняной ткани. Примерно в 450—425 годах до н. э. спартанцы вообще отказались от использования доспехов для торса и выходили сражаться, имея при себе только шлем и щит{29}.

Впрочем, металлические кирасы продолжали использоваться и постепенно превратились в изящные «мускульные» или «анатомические» панцири, в точности повторяющие анатомию человеческого тела. При этом выпускались они двух видов: короткие, до талии (скорее всего, ими пользовались всадники), и длинные, с выступом спереди, прикрывающим область живота. Вплоть до самого конца античной эпохи «мускульные кирасы» находили себе применение в качестве своеобразной униформы старших офицеров и полководцев римской армии. А значительно позже они входили в комплекты отдельных рыцарских доспехов! Например, подобными доспехами обладал испанский король Карл V. Его доспехи, датируемые 1546 годом, сохранились до наших дней и сегодня экспонируются в Королевском арсенале в Мадриде{30}.

В качестве защиты для торса, рук и ног также использовались полупанцири, введенные Александром Македонским в своей армии для того, чтобы его воины не показывали врагу спину{31}; сделанные из бронзы панцири в виде накидки, известные по находкам в Италии; квадратные и круглые пластины на грудь римско-этрусского происхождения, а также различного вида поножи, наплечники и набедренники, металлические боевые пояса и даже защитные доспехи для лодыжек и ступней, вплоть до защиты пальцев ног! В результате с бронзовым шлемом на голове и щитом в руках воины Древней Греции и Древнего Рима очень походили на металлические статуи и, таким образом, не слишком отличались от средневековых рыцарей, пусть даже ноги у них ниже колен обычно были обнажены, а сами доспехи несколько проще устроены.


Первые конические шлемы

Перейти на страницу:

Все книги серии История. География. Этнография

История человеческих жертвоприношений
История человеческих жертвоприношений

Нет народа, культура которого на раннем этапе развития не включала бы в себя человеческие жертвоприношения. В сопровождении многочисленных слуг предпочитали уходить в мир иной египетские фараоны, шумерские цари и китайские правители. В Финикии, дабы умилостивить бога Баала, приносили в жертву детей из знатных семей. Жертвенные бойни устраивали скифы, галлы и норманны. В древнем Киеве по жребию избирались люди для жертвы кумирам. Невероятных масштабов достигали человеческие жертвоприношения у американских индейцев. В Индии совсем еще недавно существовал обычай сожжения вдовы на могиле мужа. Даже греки и римляне, прародители современной европейской цивилизации, бестрепетно приносили жертвы своим богам, предпочитая, правда, убивать либо пленных, либо преступников.Обо всем этом рассказывает замечательная книга Олега Ивика.

Олег Ивик

Культурология / История / Образование и наука
Крымская война
Крымская война

О Крымской войне 1853–1856 гг. написано немало, но она по-прежнему остается для нас «неизвестной войной». Боевые действия велись не только в Крыму, они разворачивались на Кавказе, в придунайских княжествах, на Балтийском, Черном, Белом и Баренцевом морях и даже в Петропавловке-Камчатском, осажденном англо-французской эскадрой. По сути это была мировая война, в которой Россия в одиночку противостояла коалиции Великобритании, Франции и Османской империи и поддерживающей их Австро-Венгрии.«Причины Крымской войны, самой странной и ненужной в мировой истории, столь запутаны и переплетены, что не допускают простого определения», — пишет князь Алексис Трубецкой, родившейся в 1934 г. в семье русских эмигрантов в Париже и ставший профессором в Канаде. Автор широко использует материалы из европейских архивов, недоступные российским историкам. Он не только пытается разобраться в том, что же все-таки привело к кровавой бойне, но и дает объективную картину эпохи, которая сделала Крымскую войну возможной.

Алексис Трубецкой

История / Образование и наука

Похожие книги

От слов к телу
От слов к телу

Сборник приурочен к 60-летию Юрия Гаврииловича Цивьяна, киноведа, профессора Чикагского университета, чьи работы уже оказали заметное влияние на ход развития российской литературоведческой мысли и впредь могут быть рекомендованы в списки обязательного чтения современного филолога.Поэтому и среди авторов сборника наряду с российскими и зарубежными историками кино и театра — видные литературоведы, исследования которых охватывают круг имен от Пушкина до Набокова, от Эдгара По до Вальтера Беньямина, от Гоголя до Твардовского. Многие статьи посвящены тематике жеста и движения в искусстве, разрабатываемой в новейших работах юбиляра.

авторов Коллектив , Георгий Ахиллович Левинтон , Екатерина Эдуардовна Лямина , Мариэтта Омаровна Чудакова , Татьяна Николаевна Степанищева

Искусство и Дизайн / Искусствоведение / Культурология / Прочее / Образование и наука
Эстетика и теория искусства XX века
Эстетика и теория искусства XX века

Данная хрестоматия является приложением к учебному пособию «Эстетика и теория искусства XX века», в котором философско-искусствоведческая рефлексия об искусстве рассматривается в историко-культурном аспекте. Структура хрестоматии состоит из трех разделов. Первый раздел составлен из текстов, которые являются репрезентативными для традиционного в эстетической и теоретической мысли направления – философии искусства. Второй раздел состоит из текстов, свидетельствующих о существовании теоретических концепций искусства, возникших в границах смежных с эстетикой и искусствознанием дисциплин. Для третьего раздела отобраны некоторые тексты, представляющие собственно теорию искусства и позволяющие представить, как она развивалась в границах не только философии и эксплицитной эстетики, но и в границах искусствознания.Хрестоматия, как и учебное пособие под тем же названием, предназначена для студентов различных специальностей гуманитарного профиля.

Александр Сергеевич Мигунов , А. С. Мигунов , Коллектив авторов , Н. А. Хренов , Николай Андреевич Хренов

Искусство и Дизайн / Культурология / Философия / Образование и наука