Краеугольным камнем христианского образа жизни и источником вечной враждебности со стороны прочих было то, что христиане отвергали языческих богов. У греков и римлян находились боги для всего, что только возможно: боги сева и жатвы, боги дождя и ветра, боги вулканов и рек, боги рождения и смерти… Но для христиан эти боги были ничем – и то, что христиане их отрицали, ставило на последователей Иисуса знак «врагов рода человеческого».
Никто не мог отречься от богов и не вызвать при этом презрения! Негодный человек! Язычник перед любой трапезой предлагал своим богам чашу с возлиянием и возносил им молитву. Христианин не мог принимать в этом участия. Языческие торжества по большей части совершались в храме, где приносилась жертва, на пиру «за столом» какого-нибудь бога. Христиане идти на такой праздник не могли. И когда они отказывались от приглашения, придумывая повод, их неизбежно считали грубыми, невежливыми и неучтивыми.
А иных мероприятий христиане избегали, считая противной саму их суть. Те же гладиаторские бои казались им бесчеловечными. В амфитеатрах по всей империи римляне на потеху толпе стравливали военнопленных и рабов, заставляя их биться насмерть. Жажда крови опьяняла до безумия. Даже в столь поздние времена, как V век нашей эры, Августин рассказывает о своем друге Алипии. Тот согласился сходить на зрелище в угоду приятелю и решил все время просидеть с закрытыми глазами, но стоило начаться крикам, он открыл глаза – и сам вопил так громко, что перекричал всех.
Страх идолопоклонничества немало затруднял христианам и добывание средств к существованию. Каменщика могли привлечь к строительству стен для храма языческого бога, портного – к шитью мантии для языческого священника, изготовителя фимиама – к подготовке благоуханных смесей для языческих жертвоприношений. А христианам Тертуллиан даже запрещал быть учителями в школах: там учили по книгам, где рассказывались древние истории о богах и звучал призыв соблюдать религиозные праздники языческого года.
Но ведь можно помогать больным! Это же просто доброе дело! И нет – даже здесь ранние христиане сталкивались с тем, что языческие больницы были под защитой языческого бога Асклепия, и пока больной друг лежал на постели, священник шел по проходу, нараспев читая молитвы.
Если вкратце, то в ранние века христианин, желавший оставаться верным своему Господу, был практически обречен порвать с социальной и экономической жизнью своего времени. А значит, к чему бы ни обратились христиане, их жизнь и вера всегда были на виду. С Евангелием к жизни начали относиться совершенно иначе. Это была настоящая революция. Да стоило посмотреть хоть на то, как христиане воспринимали рабов, детей и женщин!
Рабство разъедало римское общество губительной язвой. Рабы, и мужчины, и женщины, принадлежали господину во всем. Они выполняли самую черную работу. А если у раба не получалось угодить, от него могли избавиться, даже забить, как бесполезное животное.
Рабами порой владели и христиане, но относились к ним по-доброму, а в Церкви позволяли иметь те же права, какими обладали сами. По крайней мере один бывший раб, Каллист, стал епископом Римским.
Так же ценили и жизнь младенцев. Христианин, в отличие от соседа-язычника, не увозил слабых и нежеланных детей в лес и не оставлял их на голодную смерть или на поживу разбойникам. Если христианка выходила замуж за язычника и рождалась девочка, отец мог сказать: «Вышвырни ее!» – но мать, как правило, отказывалась.
Естественно, то же самое отношение к жизни распространялось на секс и брак. В современном мире Церковь часто критикуют за устаревшие взгляды на секс и святость брака. Но в дни упадка Римской империи такое обвинение вряд ли могли огласить. Языческое общество при всех своих роскошествах вымирало. А христианство представляло иной, новый путь. С доктриной Павла о том, что тело есть храм Духа Святого, в античный мир вошло непримиримое осуждение порочности и священный призыв к семейной жизни.
Ненависть к христианам объяснит и первое гонение, устроенное римлянами. В 64 году, в дни правления Нерона, в Риме вспыхнул пожар. Огонь полыхал шесть дней и ночей, почти весь город лежал в руинах. Поползли слухи, что Нерон сам велел поджечь Рим, и жители возненавидели императора.
Чтобы отвести эту ненависть от себя, Нерон обвинил христиан. Да, это была клевета, но христиан везде начали брать под арест, а потом и преследовать. Многих распинали, некоторых зашивали в шкуры диких зверей, а потом напускали огромных собак, и те рвали жертв на куски. Женщин привязывали к взбешенным быкам, и те волокли несчастных по земле до смерти. По ночам христиан жгли на кострах в саду Нерона. Жители Рима, ненавидевшие христиан, могли свободно входить в сад, а Нерон катался вокруг на своей колеснице и наслаждался жутким спектаклем.
Вероятно, во дни этого гонения в Риме умерли смертью мучеников апостолы Петр и Павел. История гласит, что Петр попросил распять себя вниз головой, сказав, что недостоин быть распятым так же, как его Господь. Павла, как гражданина Рима, обезглавили.