Читаем «Юнкерс-87». Stuka в бою полностью

Начиная с 9 августа в состав 4-го воздушного флота начали стремительно возвращаться соединения, ранее переданные северному соседу. Это было связано с подготовкой контрудара в районе Харькова. Всего 8-му авиакорпусу были переданы три группы пикировщиков — 1-я и 3-я группы 2-й эскадры и 3-я группа 3-й эскадры. Это было весьма значительным усилением, учитывая, в каком потрепанном состоянии находилась 77-я эскадра. Активность немецкой авиации после этого значительно возросла. Однако действовать пикировщикам становилось все труднее. Так, 18 августа четверка Ла-5 смогла рассеять большую группу "Штук", уничтожив, по советским данным, четыре из них. После этого боя в штаб 2-й воздушной армии пришло письмо от наземных войск: "Мы наблюдали воздушный бой четырех Ла-5 с группой самолетов противника Ю-87 в количестве 25–30 самолетов. Особенно активно дрался один самолет Ла-5, как впоследствии стало известно, это был гвардии старший лейтенант Мурашев, он два раза врезался в группу бомбардировщиков и атаковывал их. При этом он проявил геройство и свое умение. Мы видели, как им было сбито два самолета Ю-87". В этот день одна только 3-я группа 77-й эскадры потеряла шесть самолетов, в том числе три в ходе одного вылета.

К началу осени основные бои отгремели, и командование Люфтваффе могло зализывать раны и делать выводы. А они оказались довольно неутешительными. Сражение на Курской дуге стало лебединой песней "Штуки". Несмотря на эффективность ее действий против наземных войск, уровень потерь был слишком высок. С немецким подходом к подготовке летчиков, когда обучение пилота требовало много времени и средств, это было недопустимо. Командовавший эскадрой "Иммельман" подполковник Купфер писал: "Ju-87 больше нельзя использовать ни на одном фронте, даже на Востоке. Например, моя эскадра за восемь месяцев потеряла 89 экипажей. В пересчете на год это соответствует 100-процентному обновлению летного состава. Если так будет продолжаться еще год, результатом будет полный конец штурмовых частей… У меня есть эскадрильи с одним самолетом на вооружении… Мы должны как можно скорее, я бы сказал немедленно, начать перевооружать части с Ju-87 на FW-190. Ситуацию с личным составом штурмовых частей можно определить как "последний парад". С 5 июля 1943 года я потерял двух командиров эскадр, шесть командиров эскадрилий и двух адъютантов групп, каждый из которых совершил более 600 боевых вылетов. Такой опыт уже не заменить… Мы не можем позволить себе терять тех немногих, кто остался…"

9 сентября Купфер был назначен инспектором штурмовой авиации и смог заняться претворением в жизнь своей идеи. Ему были подчинены все подразделения пикирующих бомбардировщиков, а также штурмовики и противотанковые самолеты. В начале октября 1943 года была произведена реорганизация авиации непосредственной поддержки наземных войск — все подчиненные Купферу соединения превращались в штурмовые эскадры (SG). 1-я эскадра пикирующих бомбардировщиков стала 1-й штурмовой эскадрой, 2-я эскадра — 2-й штурмовой эскадрой, 3-я эскадра — 3-й штурмовой эскадрой, действовавшая на севере 5-я эскадра — 5-й штурмовой эскадрой. 77-я эскадра пикирующих бомбардировщиков частью была преобразована в 77-ю штурмовую эскадру, частью вошла в состав 4-й штурмовой эскадры. Практически все они были в скором времени перевооружены на FW-190.

Однако карьера "Штуки" на этом не завершилась…

Глава 12

БАЛКАНСКИЙ ЭПИЛОГ

Хотя львиная доля пикирующих бомбардировщиков начиная с 22 июня 1941 года была сосредоточена на советско-германском фронте, не стоит думать, что на других театрах военных действий "Штука" совершенно не использовалась.

Как уже говорилось выше, Ju-87 самым активным образом применялись в Северной Африке вплоть до эвакуации германских войск из Туниса в 1943 году. После того как вермахт покинул Черный континент, установилась короткая пауза. Было не вполне ясно, где англичане и американцы нанесут следующий удар. Наиболее логичным решением представлялась высадка в Северной Франции, однако Черчилль, верный своей идее "периферийной стратегии", настаивал на нанесении удара в "мягкое подбрюшье" континентальной Европы. Это позволило бы быстро вывести из войны Италию, вооруженные силы которой находились в состоянии практически полного коллапса, и выйти к рубежам Центральной Европы.

Изначально все шло по плану. В июле 1943 года в рамках операции "Хаски" союзники высадились на Сицилии. Немногочисленная авиация почти не могла помешать господству в воздухе англичан и американцев, не говоря уж о том, чтобы сорвать высадку. Горстка итальянских пикировщиков, действовавших с подвергавшихся постоянным ударам с воздуха аэродромов, сумела добиться лишь потопления американского эсминца "Мэддокс".

Перейти на страницу:

Все книги серии Вторая Мировая война. Жизнь и смерть на Восточном фронте

По колено в крови. Откровения эсэсовца
По колено в крови. Откровения эсэсовца

«Meine Ehre Heist Treue» («Моя честь зовется верностью») — эта надпись украшала пряжки поясных ремней солдат войск СС. Такой ремень носил и автор данной книги, Funker (радист) 5-й дивизии СС «Викинг», одной из самых боевых и заслуженных частей Третьего Рейха. Сформированная накануне Великой Отечественной войны, эта дивизия вторглась в СССР в составе группы армий «Юг», воевала под Тернополем и Житомиром, в 1942 году дошла до Грозного, а в начале 44-го чудом вырвалась из Черкасского котла, потеряв при этом больше половины личного состава.Самому Гюнтеру Фляйшману «повезло» получить тяжелое ранение еще в Грозном, что спасло его от боев на уничтожение 1943 года и бесславной гибели в окружении. Лишь тогда он наконец осознал, что те, кто развязал захватническую войну против СССР, бросив германскую молодежь в беспощадную бойню Восточного фронта, не имеют чести и не заслуживают верности.Эта пронзительная книга — жестокий и правдивый рассказ об ужасах войны и погибших Kriegskameraden (боевых товарищах), о кровавых боях и тяжелых потерях, о собственных заблуждениях и запоздалом прозрении, о кошмарной жизни и чудовищной смерти на Восточном фронте.

Гюнтер Фляйшман

Биографии и Мемуары / Документальное
Фронтовой дневник эсэсовца. «Мертвая голова» в бою
Фронтовой дневник эсэсовца. «Мертвая голова» в бою

Он вступил в войска СС в 15 лет, став самым молодым солдатом нового Рейха. Он охранял концлагеря и участвовал в оккупации Чехословакии, в Польском и Французском походах. Но что такое настоящая война, понял только в России, где сражался в составе танковой дивизии СС «Мертвая голова». Битва за Ленинград и Демянский «котел», контрудар под Харьковом и Курская дуга — Герберт Крафт прошел через самые кровавые побоища Восточного фронта, был стрелком, пулеметчиком, водителем, выполняя смертельно опасные задания, доставляя боеприпасы на передовую и вывозя из-под огня раненых, затем снова пулеметчиком, командиром пехотного отделения, разведчиком. Он воочию видел все ужасы войны — кровь, грязь, гной, смерть — и рассказал об увиденном и пережитом в своем фронтовом дневнике, признанном одним из самых страшных и потрясающих документов Второй Мировой.

Герберт Крафт

Биографии и Мемуары / История / Проза / Проза о войне / Военная проза / Образование и наука / Документальное
«Черные эдельвейсы» СС. Горные стрелки в бою
«Черные эдельвейсы» СС. Горные стрелки в бою

Хотя горнострелковые части Вермахта и СС, больше известные у нас под прозвищем «черный эдельвейс» (Schwarz Edelweiss), применялись по прямому назначению нечасто, первоклассная подготовка, боевой дух и готовность сражаться в любых, самых сложных условиях делали их крайне опасным противником.Автор этой книги, ветеран горнострелковой дивизии СС «Норд» (6 SS-Gebirgs-Division «Nord»), не понаслышке знал, что такое война на Восточном фронте: лютые морозы зимой, грязь и комары летом, бесконечные бои, жесточайшие потери. Это — горькая исповедь Gebirgsäger'a (горного стрелка), который добровольно вступил в войска СС юным романтиком-идеалистом, верящим в «великую миссию Рейха», но очень скоро на собственной шкуре ощутил, что на войне нет никакой «романтики» — лишь тяжелая боевая работа, боль, кровь и смерть…

Иоганн Фосс

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное

Похожие книги

10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Луис , Бернард Льюис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное