Старик-отец так и застыл в изумлении — слова в глотке так и застряли. Лишь надкусанный бутерброд у него из рук прямо на стол выпал и шмякнулся икринками вниз, те и размазались по скатерти. А Иван скрестил руки на груди, сделал важное выражение лица и заговорил со своей семьёй, так, будто он всегда главным среди них был:
— А говорили — дурак, говорили — коня нет, говорили — шутом буду. — И затопал ногой. — И кто из нас теперь дурак? А?
Затем развернулся Иван. Побежала к нему царевна и давай в щёку его целовать. Взял он под руку жену свою будущую и пошёл по терему, а гости перед ними только и расступались.
— Не, ну вы только посмотрите…, — лепетал средний брат, — что дурак-то наш уделал? А? И как только смог? Как царевну к себе приворожил? Мою царевну? Я ж допрыгнуть до неё хотел…
Тем временем встал из-за стола старший брат и произнёс с недовольством:
— Всё, хватит с меня! С печи — в царевичи… это — слишком.
И ушёл из терема царского. Не мог он смириться с тем, что дурак обошёл его. У него самого жена будет — крестьянка, а у дурака — царевна. И куча слуг. И почести. Уму непостижимо!
Лишь старик-отец один заулыбался и блаженно проговорил:
— Вот ведь, Прасковья, кто бы мог подумать, что младшенький наш, дурачок, царевичем станет. Не опозорил старика.
Затем повернулся к среднему брату и сказал ему:
— Что ж, в виду некоторых обстоятельств тебе мышеловку мастерить. Ты, считай, остался младший в избе.
Позеленел от злости средний брат. Старший скоро женится, съедет, а Иван вообще в тереме жить будет с царевной, которая ему самому приглянулась. А ему — мышеловка?
И Иван со своей невестой ушли от бояр во двор прогуливаться. Большой двор зелёный, и весь в цветах. Розы там росли, как в прекрасном саду Червонной Королевы. Хорошо хоть её самой здесь не было.
— Это твои братья были? — поинтересовалась царевна у Ивана.
— Ага, никак нарадоваться за меня не могут, — со смехом ответил ей Иван.
— Ничего, привыкнут. Мой батенька тоже привыкнуть никак не может к тому, что я замуж решила выйти. Говорит, лучше б сначала за границу подалась — учиться премудростям заморским, а потом замуж. Век сейчас прогрессивный. А мне премудрости не нужны, я — консервативная, как моя матушка, тут хочу с мужем своим жить-поживать и добра наживать.
И прильнула она к Ивану с трепетом.
— Расскажи о себе. Я ж ничего не знаю: как ты живёшь, что делаешь, что любишь, что ненавидишь, — спросил Иван, радуясь про себя тому, какая красавица-невеста ему досталась, и к тому же со статусом.
— А ты меня в социальных сетях найди — я везде зарегистрирована. И блог свой веду. Всё обо мне и узнаешь, — посоветовала ему царевна. — Меня даже заморские принцессы читают.
— Ну вот, а говоришь, что ты — консервативная. Даже у меня нет своего блога.
— Моя прогрессивность не касается вопросов семьи. Я это дело не хочу откладывать. Принцесса Дании заявила в своём блоге, что замуж выйдет только после тридцати, когда наукам всяким обучится и применит их в деле. Её поддержала принцесса Испании, а затем и другие. Так и пошёл флешмоб. А я его не поддерживаю. Вот детей тебе нарожаю скоро, и заживём счастливо.
Заулыбалась царевна при последних словах ещё пуще, а Иван икнул от неожиданности. К детям он пока что не был готов. У него были другие планы. Он хотел наконец-то зажить по-человечески.
— Э-э-э… нарожаешь, конечно, — ответил он с запинкой, — только сперва я наукам всяким обучусь, раз ты не хочешь. Поможешь мне в этом?
— Конечно, — закивала царевна, — я батюшке скажу, он тебя в любой университет заморский определит. Учиться там будешь. А я с тобой поеду, буду тебе обеды приносить в перерывах между учёбой.
— Вот и славно, — теперь заулыбался Иван-дурак. Простите, почти царевич.
— Где хочешь учиться?
Задумался Иванушка и ответил:
— В Англии, хочу в крокет играть. Профессионально. Потом здесь клуб открою. Первый будет. Вся знать пойдёт, потому что интересно станет. Деньги рекой потекут.
— А что такое крокет? Играл в него? — затем стала интересоваться царевна.
— Эм-м-м, было дело, но плохо у меня получилось. Как говорится, первый блин комом, — ответил Иван, вспоминая, как ёж летел прямо в Королеву. А потом её лицо. Злое, искажённое, с каплями крови на подбородке. Затем быстро добавил: — Но я научусь.
— Какой ты у меня смышлёный, — обняла царевна Ивана, — к знаниям тянешься. И предприимчивый. Эх, не зря я затеяла всё это с теремом и прыжками на коне. Так бы и не встретились.
Иван ещё важнее сделался от того, что царевна его нахваливала. И спину выпрямил так, что аж позвоночник захрустел.
Прошло два года. Иван отучился в Англии и открыл свой клуб, как того и хотел. Теперь бояре в крокет ходили туда играть. Правда жаловались, что дороговато с них царевич дерёт за игру эту заморскую. Но всё равно шли. Любопытно же. И фламинго там были, и ежи, только деревянные. Живых птиц никто брать в руки не хотел. Царевна за мужем по пятам ходила. Куда он, туда и она. Гостям улыбалась, в клуб зазывала.