Я много в жизни упустилНе оттого, что не хватало сил,Не от того, что был во всём умерен,И в правоте поступков не уверен,Не оттого, что не терзал я душу.И часто был по жизни непослушен,И что не льстил, и многое прощал,И никому любви не обещал,Не оттого, что счастья не достоин,А потому, что просто я не воин.
Осень 2000 г.
«Стихами я переболел…»
Стихами я переболел,Они застряли комом в горле.Ах, сколько ж выпущено стрелВ унынье, в радости и в горе!Так сузился видений круг,Замкнув обычное, пустое,Что мысли ничего не стоят,В них нет ни радостей, ни мук.Где твои праздники ума,Где пилотаж души небесной?Одна сплошная кутерьмаВ квартирке маленькой и тесной.Но вот последняя строкаК выздоровлению взываетИ саркастически взрываетТоски холодной облака.
Лето 2001 г.
Предисловие к сказке
Альтернатива
Я, как конь в открытом поле,Чуткий и встревоженный,Поскакал бы я на воле,Только вот стреноженный.Я, как заяц-непоседа,Потрусил бы в ближний лес,Только волк пойдёт по следуИ меня, зайчишку, съест.Я, как птица, громогласен,Так мне хочется взлететь,Только я собой не властен —Клетку мне не одолеть.Я, как лебедь величавый,Пофасонить что бы мне?Только змей золотоглавыйПритаился в стороне.Я, как кошка-лежебока,Что мне сладко не поспать?Только вот кусают блохи,Мне же некого кусать.
Лето 1995 г.
Про корову
Корову кормили капустой,Умытой обильной росой,И вместе с жевательным хрустомКорова предстала козой.Корову кормили морковью,Кипела от вкуса слюна,И вместо походки коровьей,Как заяц скакала она.Корову кормили арбузом,Такой замечательный плод!Корова же маялась пузом,Из вымени лился компот.Корову кормили бананом,Такая заморская муть!Корова ушла к обезьянамИ била копытами в грудь.Корову кормили колючкой,Одним из противнейших блюд,И стала корова та злючкой,Плевала на всех, как верблюд.Корову кормили мочаломИ мягким, и гладким, как шёлк,Корова совсем одичала,И выла она, будто волк.Один только инок смиренный,Что скит обживал далеко,Корову кормил сочным сеномИ цельное пил молоко.
Июнь 2001 г.
Из сборника «Листопад»
2003 г.
Выездное лето
Соловей
Распелся утром залихватскийВ кустах малины соловей.Он не какой-нибудь кабацкий,Он самых голубых кровей.Такие выдаёт руладыИ так захватывает дух,Что безразличный, глуховатыйК нему прислушался петух.В ответ жерёбая кобыла,На днях готовая рожать,Слегка копытами забилаИ начала тихонько ржать.И также я, боясь потериЕго высоких, чистых нот,Душой токую, как тетеря,Разинув от восторга рот.