Вверх взметнулась ледяная стена, которую я пробил кулаком. Но в тот же миг в брешь ринулся поток пламени, его я развеял ветром. Минь метнулась в сторону, уходя от ответной атаки. Но я был быстрее, и прыгну к ней навстречу, чтобы...
— Ах ты ж! — вырвалось у меня, когда я поскользнулся на замёрзшей луже.
Девчонка всё-таки переиграла меня и заманила в ловушку. Я упал на спину, а пылающий кулак противницы уже нёсся мне в грудь. Но в последнюю секунду я успел сконцентрироваться на воздушной стихии и просто подбросить девушку вверх на несколько метров. Однако же она не упала, как мог кто-то предполагать. Наоборот, сделала обратное сальто, оттолкнулась от воздушной ступени, которую сама же и создала, подлетела ещё чуть выше, а потом развернулась головой вниз и устремилась на меня с такой скоростью, что позавидовал бы любой пилот.
Минь обрушилась на меня, словно молния. Кстати, электрические разряды так и полыхали вокруг неё. Раздался громоподобный взрыв, и нашу арену накрыли клубы дыма. А когда он рассеялся, то по залу прокатились восхищённые возгласы. Пускай Савельева и запечатала мои новые силы, но я успел уследить за противницей и, присев на колено, возвёл над собой зелёный блестящий щит, который и спас меня от тяжёлого удара, разбросав энергию противницы по сторонам. Собственно, от этого дым и поднялся.
— Ого-го! — радовался Верховный князь. — Вот это мне нравится! Вот это бой! Боги, это просто невероятно!
Но ни я, ни Минь не слушали его, так как сосредоточились друг на друге.
— Минь... — начал я, но она перебила меня, ткнув в грудь пальцем.
— Не смей мне поддаваться, Илья! — её щёки подыхали румянцем, то ли от гнева, то ли от усталости. — Сражайся в полную силу! Я докажу ему!
— Не надо никому ничего доказывать, — тихо произнёс я. — Он и так любит тебя.
— Замолчи!
И она вновь ринулась в бой.
Лёд и пламя, ветер и вода, в ход шли все стихии, которыми мы могли управлять. Даже песок, что занесли на подошвах зрители, и тот превратился в оружие. Острые каменные пики, которые потом и вовсе превратились в хрустальные под воздействием нашего пламени.
Каждый удар, каждое движение оценивалось собравшимися в зале, словно нечто сверхъестественное. И я не мог их в этом винить, ведь где-то в уголке сознания сам понимал, что оно так и есть. Мы сражались с Минь, применяя сплетение различных техник, управляя стихиями, превращая простой прыжок в акробатический пируэт. Конечно, люди будут восхищаться подобным. И никто из нас не собирался уступать. Победитель должен быть один. Я знал это, и не мог оскорбить девушку, поэтому не сдавался.
Но силы были практически равны. И по итогу это привело к тому, что впервые за всё время олимпиады прозвучал гонг, возвещающий об окончании времени. К тому моменту я уверенно стоял на ногах, хотя всё тело и покрывали ушибы, ссадины, синяки и ожоги. А вот Минь еле держалась. Её шатало из стороны в сторону, а дыхание было учащённым.
— Вот так вот! — раздался голос Гордеева. — Полчаса насыщенного и наиотличнейшего зрелища! Вы со мной согласны, дамы и господа?! — в ответ ему был радостный ор. — Да-а-а! — протянул он. — Знаю, вам это понравилось! Но мы должны выбрать победителя! Давайте же взглянем на наших участников! — он пристально взглянул на нас, а через мгновение его губы растянулись в ехидной улыбке. — Что ж, выбор, без сомнения, тяжёлый! Но судя по тому, что я видел, могу смело объявить, что нашим новым чемпионом становится И-и-илья Филато-о-ов!
***
Я нашёл её у пруда в центральном парке. Мы как-то гуляли здесь всей компанией. Сейчас же Минь сидела одна и смотрела на то, как алые лучи закатного солнца блестят на воде.
После того, как соревнования закончились, нас, конечно же, отвели в медицинский блок. Несколько шрамов и швов мне не испортили настроение. А вот то, когда ко мне пришли друзья и сказали, что Минь сразу же убежала в неизвестном направлении, заставило напрячься. Извинившись перед компанией (а перед Людой отдельно) я направился следом за ней, ориентируясь по шлейфу ауры Минь. Не знаю, с чего это вдруг все мои чувства настолько обострились, но я смог найти девушку довольно быстро.
— Минь? — я осторожно подошёл к ней. — Можно присесть?
— Конечно, — кивнула девушка, даже не посмотрев на меня.
Я опустился на лавку. Хотелось понять, что она сейчас испытывает, о чём думает. Но влезать в её голову не решился. Всё-таки я уважал девушку. А вот эмоции всё же уловил. Она злилась, но не на меня, а на себя и дядюшку Хао. Почему? На тот момент я не понимал.
— Минь, — начал я спустя несколько секунд тишины. — Я хотел извиниться за то...
— Не надо, — прервала она меня и посмотрела в глаза. — Всё нормально, Илья. ты не виноват.
— Знаю, но всё же вышло как-то неловок, — я поджал губы. — Кто бы мог подумать, что мы с тобой доберёмся до финала? Я вообще планировал остановиться где-то в первой десятке.
— Почему? — искренне удивилась она. — Ты выдающийся человек, Илья. Так чего же скромничать и таиться?