Читаем К чести России (Из частной переписки 1812 года) полностью

Вступая в Вильну же, мы видели их уже грудами наваленных в городе, едва успели только разбросать по сторонам каждой улицы их тела, чтобы пройти войскам, но, не находя слов описать сии несчастнейшие все анекдоты, я сим прекращаю. ... Я вам опишу теперь наше препровождение здесь времени. По прибытии сюда 10-го числа государя императора, на другой день был он у развода гвардейских егерей. При появлении его троекратное "ура!" раздавалось по всей площади. Всемилостивейший монарх изъявлял им свою признательность, благодарил за службу, потом, подойдя к офицерам, милостиво их также благодарил, особенно нашему полку, а потом каждому из нас особенно приветствовал. На другой день, т. е. 12-го числа декабря в день рождения императора, был у светлейшего князя бал, на который приглашены были все гвардейские офицеры. Государь и великий князь присутствовали на оном и до ужина уехали. Светлейший был в тот день украшен первоклассным орденом Георгия, который надет был у него сверх мундира(76). Государь по прибытии в город при первом свидании с князем возложил оный на него. Город в тот день был иллюминован. Разводы были по очереди полков, когда же был от нашего полка, к которому, кстати, приехал и полковой наш командир г.-майор Храповицкий, [и] вышел на костылях явиться также императору. Прочие полки встречали его, прокричав всегда три раза "ура!". При появлении же государя к нашему полку он как бы хотел показать пред всеми ему свою признательность, поздороваясь сперва с людьми, поблагодаря их за службу и храбрость, на что они отвечали ему радостным "ура!". Потом государь, поблагодарив, сказал весьма громко сими словами: "Ваш полк покрыл себя бессмертною славою". Полковой наш командир, идя подле него, закричал: "Ура!" Солдаты, сами подхватив оное, провожали оным его, пока государь прошел по всему полку, с Храповицким поцеловался и дружески разговаривал. [Он] в этот день произвел всех наших в полку подпрапорщиков. Прежде сего еще вышло награждение нашего и Литовского полка капитанам и штабс-капитанам. Им пожаловали ордена св. Анны 2-го класса с алмазами, а полковникам Владимирские 3-го класса. Вчерась же еще у развода я слышал также весьма приятную новость, что обоим же сим полкам дадут вскоре Георгиевские знамена за отличие - подлинно сказать, что лестно в таком полку служить. Мы обязаны будем сим храброму генералу Коновницыну, который, присутствуя в самом жару сражения при сих двух полках, видел их храбрость и обещал во что бы то ни стало испросить у государя сии знамена им....

Часть вторая | Содержание | Эпилог

ПРИМЕЧАНИЯ (Часть третья)

П. А. Кикин - брату. [7.10].- БЩ, ч. 5, с. 3-6.

(1) То есть пропуск, разрешение.

(2) Имеется в виду отступление корпуса К. Шварценберга.

(3) Тарутинский бой.

М. И. Кутузов - жене. 7.10.- МИК, ч. 2, с. 22.

(4) Приток р. Нары недалеко от Тарутина.

(5) В авангарде Мюрата было ок. 26 тыс. человек.

(6) При городе Кремсе в Австрии 30 октября 1805 г. М. И. Кутузов наголову разбил преследовавший его армию французский корпус маршала Мортье.

А. Е. Измайлов - Н. Ф. Грамматину. 7.10.-Библиографические записки, т. 2, 1859, с. 413-414. Исправлено по рукописи оригинала: ГБЛ, ф. 398, к. 1, No 19, л. 3-4 об. На письме пометка: "Получено 21 октября".

(7) На берегу Белоозера у истока р. Шексны.

(8) Вероятно, "Вольное общество любителей словесности, наук и художеств", существовавшее в 1801-1825 г.; было основано поэтами И. М. Борном и В. В. Попугаевым.

М. А. Вожова - В. И. Ланской. 7.10.- Перевод с фр.- BE, с. 599-600.

Д. С. Дохтуров - жене. 8.10.- PA, 1874, No 5, ст. 1104-1105.

А. А. Закревский - М. С. Воронцову. 10.10.-АВ, т. 37, с. 236-237.

(9) П. И. Багратиона.

(10) То есть стал генерал-фельдмаршалом.

(11) Беспочвенные слухи, распускавшиеся недоброжелателями Кутузова о том, что он стремится любой ценой заключить мир с Наполеоном, могли распространиться только вдали от театра военных действий. Ср. с письмом В. С. Норова, написанным из Тарутина в этот же день.

(12) М. С. Воронцов, отправившись для излечения раны, полученной в Бородинском сражении, в свое владимирское имение с. Андреевское, пригласил с собой около 50 раненых офицеров и более 300 рядовых своей дивизии, пользовавшихся у него заботливым уходом.

В. С. Норов - родным. 10.10.- PA, 1900, No 2, с. 275-276.

(13) О пребывании А. С. Норова в плену см. его воспоминания "Война и мир 1805-1812 с исторической точки зрения". Спб., 1868.

(14) А. С. Норов был ранен в Бородинской битве.

Н. М. Карамзин - И. И. Дмитриеву. 11.10.-Письма Н. М. Карамзина к И. И. Дмитриеву. Спб., 1866, с. 165-166.

Е. Н. Давыдова - А. Н. Самойлову. 14.10.- ГБЛ, ф. 219, к. 46, No 1, л. 17.

(15) Небольшой гарнизон бобруйской крепости под начальством Г. А. Игнатьева 4 месяца героически оборонялся против осаждавших с июля Бобруйск наполеоновских войск и удержал крепость.

(16) Кавалерийский отряд А. И. Чернышева из армии Чичагова совершил 3-7 октября рейд в герцогство Варшавское до предместий Люблина.

(17) То есть от австрийского правительства.

(18) В оригинале "получение".

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
100 великих кумиров XX века
100 великих кумиров XX века

Во все времена и у всех народов были свои кумиры, которых обожали тысячи, а порой и миллионы людей. Перед ними преклонялись, стремились быть похожими на них, изучали биографии и жадно ловили все слухи и известия о знаменитостях.Научно-техническая революция XX века серьёзно повлияла на формирование вкусов и предпочтений широкой публики. С увеличением тиражей газет и журналов, появлением кино, радио, телевидения, Интернета любая информация стала доходить до людей гораздо быстрее и в большем объёме; выросли и возможности манипулирования общественным сознанием.Книга о ста великих кумирах XX века — это не только и не столько сборник занимательных биографических новелл. Это прежде всего рассказы о том, как были «сотворены» кумиры новейшего времени, почему их жизнь привлекала пристальное внимание современников. Подбор персоналий для данной книги отражает любопытную тенденцию: кумирами народов всё чаще становятся не монархи, политики и полководцы, а спортсмены, путешественники, люди искусства и шоу-бизнеса, известные модельеры, иногда писатели и учёные.

Игорь Анатольевич Мусский

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза