Строительство города шло полным ходом, когда в Египет прибыл халиф Муиз, чтобы принять власть над завоеванной страной (975 г.). Фостат — Миср по этому случаю был украшен, но в новой столице аль-Кахире не было никаких признаков подготовки к приему высокого гостя. Никто не ожидал, что халиф поселится в этом городе. Муиз даже не взглянул на Фостат — Миср и направился прямо в аль-Кахиру: впереди несли гробы с прахом его великих предков-фатимидов, которых он хотел похоронить в новой столице в знак того, что аль-Кахира навсегда останется под властью фатимидов.
План аль-Кахиры, разработанный Гаухаром, был очень прост. Площадь города составляла почти правильный квадрат: 1100 на 1500 метров, окруженный толстой стеной с пятью воротами (поданным Макризи, восемью). Стены были такой ширины, что по ним могли ехать бок о бок два всадника. Это диктовалось необходимостью быстро перебросить солдат в случае нападения к тому участку, где атакующие силы пользовались большими машинами с перекидными мостами. Место расположения города также было выбрано очень удачно. Одна сторона его (западная) проходила вдоль старого Красноморского канала, что представляло большое удобство для обороны города. Это тот самый канал, который засыпали в 1899 году. По нему теперь проложены трамвайные рельсы, и, пересекая трамвайный путь на улице аль-Халиг (Улица канала), вы переходите из европеизированного Каира в старый город Гаухара.
Наши сведения о городе Гаухара почерпнуты из трудов Ибн-Дукмука и особенно Макризи, который писал в 1420-х годах (много лет спустя после основания аль-Кахиры). Его описание каждого квартала города так же красочно и сочно, как и рассказ о Фостате — Мисре. Единственный отчет очевидца оставил нам Наср ибн Хасроу, описавший Фостат — Миср и посетивший аль-Кахиру 79 лет спустя после ее основания. Французский ученый Поль Равесс собрал всю имевшуюся информацию и составил на основе точного описания Макризи прекрасный план города.
Каждому энтузиасту Каира следует иметь в руках этот план, когда он пересекает трамвайные пути, чтобы взглянуть на остатки стен, ворот и улиц города Гаухара. Новый план составил профессор К. Кресвелл, но и он положил в основу план Равесса. Кресвелл вел раскопки в этом районе и уточнил расположение ворот. Изучение старого города продолжается, но, чтобы понять основные черты аль-Кахиры, вполне достаточно плана Равесса, который показывает, где внутри квадратного периметра размещались кварталы различных групп населения: военный квартал (Харат аль-Аскар), греческий квартал (Харат ар-Рум) и др. Греки (христиане) и африканцы составляли большую часть административного персонала города.
Весь город, по-видимому, строили вокруг двух огромных дворцов. Оба они имели особые ворота и фактически служили укрепленными фортами внутри укрепленного города. В центре города был построен Великий Восточный дворец, а позднее Малый Западный дворец. Между ними расположен двор — Бейналь-Касрейн («Между двумя дворцами»), который сохранил это название до наших дней. К югу от Великого дворца стояла мечеть аль-Азхар, на западе находился канал и сад Кафура с павильоном, именовавшимся «Лули», то есть «Жемчужный».
Халиф Муиз (его имя означает «горячо любимый») израсходовал на завоевание Египта все свое огромное личное состояние и, вполне естественно, хотел вернуть вложенные богатства с лихвой. Источником доходов снова должен был стать Красноморский канал. Неподалеку находился таможенный порт аль-Макс (что означает «таможенная пошлина»), расположенный в изгибе Нила — река протекала почти у самых стен аль-Кахиры. Муиз немедленно захватил аль-Макс и, сохранив за ним функции таможенного надзора, начал расширять его и превратил в крупнейший порт, который лишил Фостат — Миср былых прибылей.
Муиз построил здесь 600 кораблей, и 77 лет спустя, когда Наср ибн Хасроу приехал в Каир, семь кораблей все еще лежали на берегу реки. «Я, автор этого рассказа, — писал ибн-Хасроу, — сам видел их».
Размеры кораблей достигали 30 на 60 ареч, то есть 275 футов в длину и 110 в ширину. Корабли такого размера были новинкой и могли перевозить огромное количество товаров, подобно нынешним чудовищным танкерам. Муиз любыми путями выжимал деньги: он реорганизовал всю систему сбора налогов, создав центральное налоговое управление, и ликвидировал должность местных сборщиков налогов, которые присваивали значительную часть доходов.
Муиз умер через два года после прибытия в Египет, так что ему не удалось сделать многого, но он заложил прочный фундамент богатого государства, которое унаследовали его преемники. О его личном состоянии можно судить только по завещаниям, оставленным его дочерьми. Когда умерла первая дочь, она оставила, помимо прочего, 2 миллиона 600 тысяч динаров, а после второй осталось 5 мешков изумрудов, 3 тысячи серебряных изделий и 30 тысяч кусков замечательных сицилийских вышивок.