Меня больше заинтересовал ответ Александра Осипова на это письмо. Обратил ли ты внимание, что и как он пишет. Он не отвечает ни на один затронутый Спинакиным вопрос. Почему? — Не знает, что отвечать, и бессовестно, с лукавством, говорит о совсем посторонних вещах. А как говорит? — Самым варварским языком. Два предложения на стр. 32, левый столбец, не имеют подлежащего. Множество фраз состоит из набора, нагромождения иногда пустых слов; наконец, выражения: “вы совершаете передержку”, “вы пытаетесь обыграть”, “вы обыгрываете” и проч. Создается очень твердое убеждение в ненормальности Осипова в умственном и нравственном отношении. Надо бы дать эту статью для анализа хорошему психиатру. Думаю, что результат был бы недалек от моего впечатления.
Говоря словами Осипова, — атеизм есть ассенизатор, подбирающий то, что извергает вон религия... (Осиповы, Дулуманы и подобные). Но довольно об этом. Хочется уйти подальше от этого духа. Ты журнал отдай кому-нибудь или возьми статью и ответ, а прочее — в печку. У нас статья есть. Хочется помыться, подержав в руках этот журнал. Посмотри, кстати, фамилии членов редколлегии. Есть ли хотя один русский человек?
Приехали, письмо прерываю.
Взаимоотношения с людьми
* * *
монахине Сергии
31/VБ/г.
...Вы неоднократно указываете, что “самое ценное в жизненных отношениях взаимное понимание”. Очевидно, у Вас слово “понимание” имеет особое специфическое значение. Невозможно прекрасно понимать другого и использовать это понимание как угодно. Кроме понимания нужна общность взглядов, сочувствие, “симпатия” или, одним словом, любовь, которая рождает “понимание”. Просто надо быть одного духа, тогда будет и понимание.
Любая страстишка, особенно прикрываемая лукавством, не может прекратиться.
* * *
Письма студентам
Московской духовной академии
10/IX—58 г.
Дорогой…!
После твоего письма и разговора по телефону захотелось мне привести тебе на память слова еп. Игнатия:
Нужно придать полное значение этим словам, принять их в руководство себе, зная, каким человеком они сказаны.
Если заметишь, что преподаватели делают ошибку, но она или не имеет большого значения, или всем очевидна, не выявляй ее перед другими, а любовью и снисхождением покрой ее. Если же она важна и нужно тебе уяснить правду, то спроси у преподавателя наедине как учащийся, а не как спорщик. Если он обижается, то вовсе не выявляй и не спрашивай уже никогда ни наедине, ни, тем более, при других, а ищи ответа в книгах, или напиши мне. Если будешь действовать иначе, то наживешь врагов, и без пользы для себя и других сильно отяготишь свое положение. Очень тебя прошу, послушай меня в этом.
Люди слишком немощны и самолюбивы. Надо щадить их и помнить слова Игнатия Брянчанинова, и применять их в отношении к преподавателям и учащимся, и ко всем...
Будь мудр. Товарищей также не учи; а если кто спросит о чем-либо, то честно отвечай так, как ты считаешь истинным, но решительно отказывайся судить, а тем более осуждать кого-либо, особенно начальство или педагогов. Это заповедь Евангелия.
О правилах апостолов и Соборов не буду тебе писать. Прочти сам. О применении их буквально в настоящее время не может быть и речи.
В свое время митрополит Московский Филарет так высказался о кандидатах во священники: если руководиться точно канонами, то не будет ни одного почти священника (точно не знаю его выражения, а смысл вполне точный).
Чтобы не задерживать письмо — кончаю. Будь здоров. Да хранит тебя Господь!
Открывай свои немощи, скорби, недоумения Господу в молитве и на всякое время. Во всем укоряй себя, а не оправдывай.
Прости, что я все даю тебе советы. Я отлично помню слова преп. Серафима о камешках, носимых на колокольню и о бросании их оттуда. Но хочется тебе добра. Хоть что-нибудь, может быть, и пригодится тебе.
Да благословит тебя Господь и сохранит от всякого зла!
Любящий тебя Н.
* * *
Письма студентам
Московской духовной академии
3/Х—58 г.