Спустя еще несколько часов, в наш дом заявились еще и Фелисса, Аденир и тетя Мариша, и в тот же вечер в моем доме впервые состоялась шумная чайная вечеринка. Все делились планами на жизнь, интересовались делами друг друга, обещали помочь и даже рвались осуществлять некоторые обещания сразу же — например, проложить нормальную дорогу от Академии до моего дома, чтобы проехать можно было не только на лошади, но и на карете, не подпрыгивая на жутких колдобинах. Шессе приглянулась местность, и она упрашивала Тео построить ей дом по соседству, так что мой дом, похоже, дал начало новому населенному пункту. Я переводила взгляд с одного любимого лица на другое. Близнецы сидели по обе стороны от меня, и никто уже не спрашивал нас ни о чем и не удивлялся. Даже Фелисса. И только ближе к ночи, когда все уже подустали и разбрелись по дому, разбившись на группы по интересам, я закуталась в огромную шаль, вышла в сад, присела на качели и стала смотреть на реку.
— О чем задумалась? — спросила меня тетя Мариша, присаживаясь рядом с бокалом вина.
— Скучаю по прежним близнецам, — улыбнулась я. — Они ведь больше не превращаются в детей. А так иногда хочется снова увидеть эти пухлые мордашки и вздернутые носики. Вот никогда нас, женщин, не поймешь: были у меня два малыша — я хотела двух взрослых. Появились двое статных мужчин — хочу обратно малышей.
— Тоже мне, нашла проблему, — чуть пьяно рассмеялась тетя Мариша, хлопнув меня по спине так, что зубы стукнули. — Скоро будут!
И она, сверкнув улыбкой, утянулась на запах красавца Эрая, оставив меня обдумывать это многозначительное заявление.