Покуда благосклонен врач
И ленно распластался меч
Тебя судьба лишь будет сечь…
Но кто нарушил мне покой?
Кто пролил тени на полы?
Немой свидетель -
Света лучик,
Как смог сюда забраться ты?
И что принес,
Скиталец вечный?
Рассвета ль ты гонец беспечный,
Или заката вестовой?
Молчишь?
Спасибо и за это,
Я рад, что рядом ты со мной.
2016г.
Случилось
Святые духи! Боже мой!
Случилось… Наконец случилось…
С небес на жалкий облик мой
Сошла невиданная милость.
Свалилась, будто в летний зной
На голову внезапным снегом,
Окрасив в бело-золотой
Пурпур проснувшегося неба.
Теперь нелестно обо мне
Ни враг не скажет, ни завистник…
Пушистой пеной в тишине
К дороге льнёт тысячелистник.
К дороге, где моя душа
Брела просяще подаянья,
С далёких пор в суме ноша
Безмерной горечи страданья.
О чём печалилась она
Немой березою в ненастье.
О чём томилась, чем жила,
Ища неведанное счастье.
К чему тащила тяжкий груз
Клонивши голову понуро,
Роняла стон из сжатых уст
И спину от натуги гнула.
Не знаю…. Знаю лишь одно:
– Не зря даётся испытанье
Сполна вкусить людское дно,
Проникнувшись его дыханьем.
И, многое спустя, затем
Взмыть, пусть и раненною, птицей
И гордо воспарить над тем,
Кто позволял над ней глумиться.
Но полететь не потому,
Что стал посланником обличья,
А с тем, что не достичь ему
И крох униженных величья.
И вот случилось. Боже мой,
парю! … убереги с тем не сравниться,
Кем был осмеян облик мой
И от гордыни откреститься?
2016г.
Скамейка
Грустная тропинка.
В стороне скамья;
Раной чьё-то имя…
Вырежу и я.
Стану имя резать,
Что от всех таил.
Сердце чем нагрезил,
Душу натомил.
Так же как и прежний,
Не жалея сил,
Делая порезы
Той, что так любил.
С кем, деля тропинку,
Ставил ногу в след
И скамейкам спинки
Отирал нет-нет.
А теперь в обиде
Оставляю шрам.
Наплевать! Пусть видят
Девичий обман.
Кто-то пожалеет,
Или осмеют -
Горя не наклеит
Тот негласный суд.
Вот добавит света
На куриный скок
В зиму день одетый,
Погуляю впрок…
А пока, тропинка,
Вот тебе скамья,
Где со злобы финкой
Резал имя я…
2017г.
Ригена Кипрская
Ночью волны тихо плещут, а играя день-деньской
Белой пеной украшают черно-красный, расписной
Пляж загадочной Ригены – королевы островной,
Да исподтишка щекочат хмурый каменный утес,
Тот, что словно бородою тиной скользкою оброс.
Если море станет буйным, рыщут, лезут под увес,
Что базальтовою глыбой на залив морской налез.
Жутко воют и кусают, бьют в задумчивую круть
Да лапищами хватают, чтоб закончила свой путь
И свалилась в мглу морскую эта груда как-нибудь.
Солнце пламенной монетой из-за тучи полыхнет,
Нити серебристой меди в бирюзовый плед вплетет,
Шлейф пунцовый раскидает на затейливых валах,