Читаем Карибские мотивы полностью

И был я не очень трезвый,

Как, впрочем, и все вокруг.


Когда стих сложился в песню,

А песня сложилась в стих,

И мы ее спели вместе,

Под мощный большой прилив.


Когда я был словно ветер,

Бегущий по склонам крыш.

Да, мы за тебя в ответе:

Ты стой как всегда стоишь.


О, славься, Гавана Вьеха.

О, славься, родной сьюдад.

Я снова сюда приехал.

И очень этому рад…


Игра слов


Стара кора у дуба.

Намного моложе Куба

Столетних больших дубов…

Такая вот игра слов!..


Команданте


Вперед, команданте, вперед!

Нас Родина наша зовет.

С надеждой мы встретим рассвет.

Врагам революции – нет!


Играет труба на заре.

На Кубе тепло в декабре.

Но бархатный кончен сезон -

Дадим мы всем гринго разгон!


Все виллы отнимем у стаи -

Пусть прут восвояси в Майами!

Дадим мы пинком им под зад!

Нельзя, команданте, назад!


Краткая история Кубы


Есть одна тайна:

На Кубе жили таино.

Испанцы их всех убили.

Хорошие таино были.


Испанцы поселились на Кубе,

Неглупые, вроде, люди.

Но как-то пришла расплата:

Америка в том виновата.


И снова Куба под гнетом:

Под долларом и пулеметом.

Не надо такого счастья:

И так бывают дни ненастья.


И вот, словно лучик света:

По небу летит ракета

«Сделано в СССР» -

Лучший для Кубы пример.


Теперь мы, как наши братья,

Будем во всем помогать им.

СССР и Куба – дружба!

И никто нам больше не нужен!


Куба и Варадеро


История достойна Вольтера:

Куба не Варадеро.

В границах одной страны

Счастливые есть и мы.


Счастливые – те, кто ближе,

Живут к курорту, а мы же

Рубим тростник истошно

И денно рубим, и нощно.


Мозолисты наши руки,

Но мы не умрем со скуки –

Ведь мы на одной планете,

И наши остры мачете!


Куба и закон


Эпоха неоколониализма,

Что хуже любого фашизма,

Закончилась в одночасье:

И беды с ней, и несчастья.


Свободы глоток дороже

Любого коктейля все же.

Как девушка молодая,

Чем чья-то вдова седая.


У Кубы свои законы –

Живут по ним миллионы.

Но главный закон один:

Наш остров непобедим!


Куба, Россия и СССР


Есть остров в Карибском море,

Где радость знают и горе,

Где знают любовь и дружбу -

И мне туда очень нужно.


Мне нужно туда постольку,

Что я пережил перестройку.

Что я был советским тоже:

И в этом мы с Кубой похожи.


Звучат уж другие песни -

И все же мы будем вместе.

Кубинец и русский – братья!

А тот, кто не верит – гнать их!


Любовь к Кубе


Не нужен мне доллар и евро,

А нужен мне дождь проливной.

Любовь моя к Кубе первая -

И я весь навеки твой.


Мальчик по имени Грасьяс


Мальчик по имени Грасьяс

Жил, как и многие мы:

Мальчики с именем Грасьяс

Были совсем не нужны.


Девочки с именем Нада

Были в почете тогда.

Девочка с именем Нада

Славилась, словно звезда.


Но времена изменились:

Стало, как было всегда:

Девочка с именем Нада

Больше не ходит одна.


Наду никто не обидит,

Не скажет дурного ей вслед –

Ведь мальчик по имени Грасьяс

Ей дал свой священный обет.


Вот так Революция с детства

Своих воспитала сынов.

И лучше любого наследства –

Нам вера в нее и… любовь!


Мать моя, Куба


Есть в Кубе одна загадка,

Как в женщине милой моей.

Она, точно сахар, сладкая.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда
Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда

Сонет 97 — один из 154-х сонетов, написанных английским драматургом и поэтом Уильямом Шекспиром. Этот сонет входит в последовательность «Прекрасная молодёжь», где поэт выражает свою приверженность любви и дружбы к адресату сонета, юному другу. В сонете 97 и 73, наряду с сонетами 33—35, в том числе сонете 5 поэт использовал описание природы во всех её проявлениях через ассоциативные образы и символы, таким образом, он передал свои чувства, глубочайшие переживания, которые он испытывал во время разлуки с юношей, адресатом последовательности сонетов «Прекрасная молодёжь», «Fair Youth» (1—126).    При внимательном прочтении сонета 95 мог бы показаться странным тот факт, что повествующий бард чрезмерно озабочен проблемой репутации юноши, адресата сонета. Однако, несмотря на это, «молодой человек», определённо страдающий «нарциссизмом» неоднократно подставлял и ставил барда на грань «публичного скандала», пренебрегая его отеческими чувствами.  В тоже время строки 4-6 сонета 96: «Thou makst faults graces, that to thee resort: as on the finger of a throned Queene, the basest Iewell will be well esteem'd», «Тобой делаются ошибки милостями, к каким прибегаешь — ты: как на пальце, восседающей на троне Королевы, самые низменные из них будут высоко уважаемыми (зная)»  буквально подсказывают об очевидной опеке юного Саутгемптона самой королевой. Но эта протекция не ограничивалась только покровительством, как фаворита из круга придворных, описанного в сонете 25. Скорее всего, это было покровительство и забота  об очень близком человеке, что несмотря на чрезмерную засекреченность, указывало на кровную связь. «Персонализированная природа во всех её проявлениях, благодаря новаторскому перу Уильяма Шекспира стала использоваться в английской поэзии для отражения человеческих чувств и переживаний, вследствие чего превратилась в неистощимый источник вдохновения для нескольких поколений поэтов и драматургов» 2023 © Свами Ранинанда.  

Автор Неизвестeн

Литературоведение / Поэзия / Лирика / Зарубежная поэзия
Уильям Шекспир — вереница чувственных образов
Уильям Шекспир — вереница чувственных образов

  Хочу обратить внимание читателя, на то, что последовательность перевода и анализа сонетов в этом сборнике не случаен. Так как эти переводы отражает основные события адресанта сонетов и автора, связанные с сюжетом каждого. Вызывают чувство недоумения, кичливыми и поверхностными версиями переводов без увязки с почерком автора, а именно Шекспира. Мировоззрением, отражающим менталитет автора сонетов, чувствами, которые переживал он во время написания каждого сонета. В таких переводах на русский полностью отсутствуют увязки с автобиографическими или историческими событиями, которые автор подразумевал, описывая, делая намёк непосредственно в сюжетах сонетов. По этой причине, паттерн и авторский почерк полностью исчезли в их переводах. Что указывает на то, авторы переводов воспринимали автора сонетов, как некий символ. А не как живого человека с чувствами преживаниями, с конкретными врагами и друзьями, Но самое главное, нарекание вызывает неоспоримый и удручающий факт, что образ самого автора полностью выхолощен в таких неудачных переводах, где каждый переводчик выпячивал только себя со своим авторским почерком, литературными приёмами, которые абсолютно не характерны Шекспиру, как автору сонетов.

Alexander Sergeevich Komarov

Литературоведение / Поэзия / Лирика / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, включены классические шедевры знаменитых поэтов позднего Средневековья (XVII – начала XIX в.). Наряду с такими популярными именами, как Мацуо Басё, Ёса-но Бусон, Кобаяси Исса, Мацунага Тэйтоку, Ихара Сайкаку, Камо Мабути, Одзава Роан Рай Санъё или инок Рёкан, читатель найдет в книге немало новых авторов, чьи творения украшают золотой фонд японской и мировой литературы. В сборнике представлена богатая палитра поэтических жанров: философские и пейзажные трехстишия хайку, утонченные пятистишия вака (танка), образцы лирической и дидактической поэзии на китайском канси, а также стихи дзэнских мастеров и наставников, в которых тонкость эстетического мироощущения сочетается с эмоциональной напряженностью непрестанного самопознания. Ценным дополнением к шедеврам классиков служат подборки юмористической поэзии (сэнрю, кёка, хайкай-но рэнга), а также переводы фольклорных песенкоута, сложенных обитательницами «веселых кварталов». Книга воссоздает историческую панораму японской поэзии эпохи Эдо в ее удивительном жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя с крупнейшими стихотворцами периода японского культурного ренессанса, растянувшегося на весь срок самоизоляции Японии. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Антология , Поэтическая антология

Поэзия / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия