— Денис Владимирович, вы, увы, не учитываете ряд чрезвычайно важных нюансов. Нюанс первый: ваш вклад в Проект невозможно переоценить, так что это не альтруизм, не глупость, а более чем справедливое воздаяние! Чтобы не показаться голословным, приведу конкретный пример: через несколько дней после вашей встречи с наследниками глав пяти государств Ближнего Востока эти «юноши» инвестировали в Проект чуть менее тридцати восьми с половиной миллиардов долларов, а часть проблем, в которые мы упирались больше полутора месяцев, «решилась сами собой». Нюанс второй: после этого «жеста доброй» воли нас завалили просьбами приобрести острова нового архипелага
— Кстати, ждать новоселья вам придется не так уж и долго! — поддержал его Дорохов. — По самым пессимистичным раскладам, первая очередь из семи островов со всей сопутствующей инфраструктурой типа дорог будет введена в эксплуатацию не позже первого июня следующего года.
— Ого!!! — восхитились Таня с Лерой.
— То ли еще будет! — весело пообещал министр обороны и посерьезнел: — А чуть раньше, в начале февраля, со стапелей сойдет четыре копии ваших яхт, быстренько обзаведется экипажами из специально обученных ребятишек и отправится «отдыхать» в Карибское море.
— Решили проредить местных флибустьеров? — полюбопытствовала Аня и получила на редкость жесткий ответ:
— Не «проредить», а уничтожить, как явление. Причем раз и навсегда!
— А наше участие потребуется? — спросил я, заранее настраиваясь на положительный ответ. И удивился, услышав отрицательный:
— Нет: забивать гвозди атомной боеголовкой — это извращение…
…На остров мы вернулись только в четыре часа дня загруженными до невозможности, пообедали в компании тех, кто пролетел с присутствием на утренних мероприятиях, перебрались в лагуну и предались самому разнузданному ничегонеделанию. Хотя вру: полноценно бездельничал только я. А все остальные то носились на аквабайках, то играли в водное поло, то плавали наперегонки. Да, все, включая тренеров и супругу Грегора, уже скорешившуюся с Еремеевой и давно забывшую про прежнее стеснение. В результате к восьми вечера большая часть «очаровашек» — как нас когда-то обозвала Лерка — умотала сама себя и зверски проголодалась.
Поужинали все так же — большой компанией. А когда девчонки подали десерт, я постучал ложечкой по бокалу, дождался тишины и демонстративно приобнял Мадонну, которую перед трапезой намеренно посадил слева:
— Мы с Людой решили поделиться с вами замечательнейшей новостью…
Как я и рассчитывал, народ выпал в осадок и «зафонил» таким плотным охренением, что «посвященная» часть компании не выдержала и заржала. Я тоже повеселился. А когда веселье стало стихать, продолжил прерванные «признания»:
— Эта красотка, наконец, прозрела. В смысле, вернула себе зрение. Да, пока еще не полно-…
Закончить мысль не получилось — мой голос затерялся в слитном вопле радости, грохоте переворачивающихся кресел и хоре невероятно искренних поздравлений. Еще через миг пришлось срываться с места и отпрыгивать в сторону, чтобы не погибнуть смертью храбрых под ногами желающих обнять и расцеловать Полунину.
Успел. А потом несколько долгих, но очень приятных минут наблюдал за процессом со стороны в компании Таньки, Лерки и Росянки. Да, к нам могли бы присоединиться и другие «носители тайны». Но та же Афина с Кнопкой радовались вместе с подругой, украдкой смахивавшей слезы счастья, а Линду мы оставили в Вегасе. Увы, в какой-то момент народ вспомнил и о нас, рванул в атаку, помял, отбил мне оба плеча и, в конечном итоге, забросил в бассейн. Видимо, для того, чтобы от избытка чувств не вывести из строя перед боем с Вакидзаси. А после того, как накал страстей чуть-чуть поутих, Триггер вдруг задал весьма интересный вопрос:
— Эта информация только для нас, или ты выведешь Людку в свет?
— Выведу… — твердо сказал я. — Ибо ей пора возвращаться к нормальной жизни.
— Нормальная жизнь тут, на Очаровании! — сварливо пробурчала Анька.
— …Или на Фролихе! — поддержала ее Лерка. — Или на нашей даче в Майами. А все остальное — хрень собачья!
— Верно… — согласился я и использовал не парируемый аргумент: — Но девочка сто лет не шарахалась по магазинам, не наведывалась к космето-…
Мужики заржали, девчонки обиженно выпятили губки, потом грозно нахмурились и… тоже присоединились к общему веселью. А Люда, «не очень уверенно» добравшись до меня, обняла за шею, встала на цыпочки и подарила убийственный поцелуй.