Белый тигр поднялся и плавными прыжками помчался меж деревьев. Лок бежал рядом, чуть отставая, но ни разу не попросил сбавить шаг. Прекрасный хищник временами оглядывался, и во взгляде его, брошенном на мальчика, то и дело проскальзывало удивление, смешенное с восхищением.
Они проносились через расщелины и овраги, спрыгивали со скалистых террас и бежали по льду ручьев…
— Лок, ты видишь это? – ахнул вдруг Гими.
Над лесом, затмевая полнеба, высилась огромная ступенчатая пирамида с плоской вершиной.
— Зиккурат! Клянусь Баалом, это зиккурат! – ахнул Гимильк. – Лок, ты знаешь, мы с отцом такие в Вавилонии видели! Это… – от резкого движения мальчик чуть не упал с тигра.
— Ты держись лучше, – ухмыльнулся Лок. – В Вавилонии он видел… Говорил же, что мы на Аталанде!
— На Антилле… – благоговейно прошептал Гими. – Неужели и правда… на Антилле? Снежок, нам туда?
Зверь кивнул.
Пирамида приближалась. Послышался рокот моря: справа деревья расступились, и открылся необъятный простор серого зимнего океана. Зиккурат вздымался над острыми утёсами, как скалистый пик, и казался их продолжением.
Зверь свернул влево, огибая пирамиду.
Бег между укрытыми снегом деревьями вдоль чёрного матового подножия…
И вот все трое замерли перед величественной лестницей, уводившей ввысь через террасы.
Здесь белый тигр лёг на снег, и Гими, поняв намёк, спешился.
Снежок, прыгая через ступени, помчался наверх.
Гими несмело шагнул на первую ступеньку.
Лок хотел было последовать за ним, но отпрянул.
— Лок! – обернулся с середины первой террасы Гимильк. – Ты что там застрял?
На лице рыжеволосого сорванца промелькнуло досадливое выражение.
— Иди! – крикнул он. – Я скоро!
Гими пожал плечами и пошёл дальше.
Лок преклонил колени перед лестницей.
— Я как гость пришёл к тебе, Силинель…
Несколько секунд… и северянин вскочил: кинулся наверх, догонять приятеля.
— Ты что там копался? – спросил Гимильк.
— Разве зиккурат – не дом какого-либо бога? – ответил вопросом Лок.
— Да… – растерянно ответил Гими.
— Я не посмел войти в дом бога, не испросив позволения, – пожал плечами рыжий спутник.
Гимильк насупился.
— То ты хохмить над ними готов, то вдруг такое благоговение… Что с тобой сегодня?
— А я вообще странный, – ответил Лок, запрокидывая голову и пытаясь рассмотреть вершину. – Ух, далеко ещё!
Пыхтя, парнишки добрались до первой площадки, откуда открывался вход в Нижний храм. Здесь дожидался их белый тигр.
— Нам сюда? – тихо спросил Гими.
Хищник помотал головой и побежал дальше, вверх.
Обречённо вздохнув, финикиец продолжил восхождение по бесконечной лестнице. Поджарый Лок легко шёл рядом.
Холодный зимний ветер рвал одежду, бросал снегом в лицо. Накинув капюшоны, друзья продолжали путь – и, наконец, выбрались на площадку перед портиком.
— Полагаю, нам сюда! – выдохнул Гими. – А если даже нет, я не могу больше! Ветер этот…
— Сюда, сюда! – Лок ободряюще хлопнул Гимилька по спине. – Дальше просто некуда.
Они вошли в зал Верхнего храма.
Хотя святилище было опоясано открытыми террасами, магия хранила его от ветров и стужи, и внутри царило ласковое тепло. Лучи вечернего солнца скользили по яшмовому полу, искрились на драгоценных камнях и золоте кадильниц, играли на великолепной фреске во всю стену…
Зал был пустынен.
— Тут есть кто-нибудь? – крикнул Гими. – Снежок, ты где?
— Не ори ты. Придут ещё, – тихо сказал за спиной Лок.
Гими обернулся и увидел, как спутник преклонил колени перед самым входом.
— Я прошу твоего гостеприимства, Силинель, и клянусь, что не причиню вреда или ущерба никому из обитателей твоего Храма.
Гимильк раскрыл рот.
Лок вскочил и широко улыбнулся приятелю.
— У нас в северных землях такой обычай: входя в чужой дом как гость, обещать хозяйке примерное поведение под её крышей.
— Но… это же богиня… – с сомнением пробормотал Гими.
— Богиня и есть хозяйка храма, разве нет?
— А как ты её назвал?… С чего ты взял, что её зовут Сили… Сини…
— Ну, это слово переводится как "солнечная", – Лок чуть усмехнулся. – Думаю, богине, которой служит столь добрый зверь, как Снежок, такое обращение подойдёт. Нет?
Гими неуверенно пожал плечами.
В коридоре послышались шаги. Мальчишки переглянулись, Гими переступил с ноги на ногу.
В зал вошёл стройный молодой человек в чёрной одежде, на фоне которой сразу бросались в глаза его длинные, заплетённые в косу волосы цвета светлого золота. Гими готов был поклясться, что никогда не видел подобного наряда ни в одной из стран: чёрные штаны, какие носят северные варвары, сочетались с почти привычной туникой… разве что ворот её был высоким, а рукава – длинными. Что, впрочем, и не удивительно в таком суровом климате. Да ещё сапоги, пожалуй… вроде тёплые, на манер варварских, а сразу видно – выделка, какая северным дикарям и не снилась, и изящные они… ступню обрисовывают.
Юноша остановился и внимательно посмотрел на мальчиков. Гими почему-то стало зябко.
Хозяин Храма молчал. Молчали и ребята. Наконец Гимильк, не в силах выносить более этого выматывающего душу молчания, прокашлялся и тихо заговорил: