Он уже отвык от метро, и оно поразило его своим хитросплетением чёрных туннелей, каждый из которых походил на осушенное и скованное в каменный панцирь речное русло. И по каждому из этих русел мчались поезда…
Хьюго вошёл в огромный, как зал ожидания, вестибюль Французской академии киноискусств. По центру – устланная ковровой дорожкой парадная лестница с мраморной балюстрадой. Но обширность пространства – это единственное, что напоминало о вокзале. Никаких чемоданов, объявлений о прибытии-отбытии поездов. И совсем иная публика: артистической внешности люди, мечтательность во взгляде…
Хьюго хотел было подняться на второй этаж, где, как гласила табличка, и находился фонд библиотеки, но его окликнула дежурная – маленькая невзрачная женщина, сидевшая за массивным столом. Из-под круглых очков на Хьюго строго смотрели глаза-бусинки как у мышки.
Оказалось, что Хьюго мог попасть в библиотеку только в сопровождении взрослого. Это во-первых, а во-вторых его внешний вид оскорблял торжественность такого заведения, как библиотека Французской академии киноискусств. К своему стыду, Хьюго вдруг и сам осознал, что похож на нищего замарашку. Он чувствовал себя побитым и униженным и уже собрался уйти, как вдруг кто-то окликнул его по имени.
– Хьюго, это ты?
– Этьен! – Хьюго обрадованно подбежал к старому знакомому. – Откуда ты взялся?
– Это я у тебя должен спросить!
«Серая мышка» тотчас навострила ушки, прислушиваясь к их разговору. Словно почувствовав, что здесь произошла неприятная сцена. Этьен представил Хьюго дежурной:
– Мадам Морье, познакомьтесь: это мой друг Хьюго.
«Серая мышка» густо покраснела. На её счастье зазвонил телефон, и ей не пришлось оправдываться.
– Мне очень жаль, что тебя уволили, – сказал Хьюго. – Но почему ты исчез? Мы даже не знали, где тебя искать.
– Извини, но в тот день мне нужно было срочно уехать к родителям. А насчёт кинотеатра я не расстраиваюсь. К тому времени я уже поступил в киноакадемию на курс ператоров.
Хьюго с удивлением посмотрел на друга и на его чёрную повязку, из-под которой совсем недавно Этьен извлёк спасительную монету в один франк. Этьен отреагировал с присущей ему весёлостью:
– А что, очень удобно! Всё равно во время съёмок приходится щуриться, чтобы прикрыть один глаз. По сути, все кинооператоры – одноглазые. Ну, а теперь скажи, какими судьбами тебя сюда занесло?
– Мне нужно отыскать кое-какую литературу по кино. Поможешь?
– Конечно, пойдём!
Они прошли мимо «серой мышки» и поднялись на второй этаж, где располагалась библиотека. Этьен сразу подвёл Хьюго к каталогу – нужно было найти самую обстоятельную книгу (желательно с академическим подходом и фотографиями,посвящённую эпохе зарождения кино.
Хьюго удивлённо озирался по сторонам: надо же, синематографу нет и пятидесяти лет, а сколько уже книг понаписали!
На торцевой стене, свободной от полок, висела большая картина. Сюжет её вряд ли можно было назвать реалистичным, но именно этим она и понравилась Хьюго.
– Ого! – воскликнул Этьен, склонившись над каталогом и заложив пальцем нужную карточку. – Смотри-ка, самый большой труд на эту тему написан моим преподавателем Рене Табаром! Что ж, пошли за книгой.
Переписав номер стеллажа и полки, Этьен повёл друга к нужному стеллажу. Потом, встав на цыпочки, достал пухлый том и вручил его Хьюго.
– «Обретённая мечта: История раннего кино. Автор – Рене Табар. Год издания — 1930 », – прочитал Хьюго вслух.
Мальчик опустился на банкетку и погладил пальцем обложку.
– Надо же, книга выпущена всего год назад.
– А что именно ты ищешь? – поинтересовался Этьен, присев рядом.
Но Хьюго уже не слышал его – он полностью погрузился в чтение. Этьену ничего не оставалось, как молча пробегать глазами по тем же строчкам:
Хьюго жадно перелистывал книгу. Он видел фотографии людей, которые играли в карты, рабочих, покидающих фабрику после тяжёлого трудового дня… Всё это были кадры из фильмов, снятых на заре синематографа.
И вот наконец Хьюго нашёл то, что искал.
Фильм из детских воспоминаний отца Хьюго назывался