Мадемуазель Гаше — сестра доктора, лечившего автора. Ван Гог не стремился к точной портретной передаче сходства, его занимала личность в целом. Он изобразил стройную девушку, которая, исполняя музыкальное произведение, резкими стремительными движениями длинных нервных пальцев нажимает на клавиши пианино. Мастер взбивает живописную поверхность полотна, наполняя ее динамикой с помощью то длинных подвижных мазков, то более коротких, то заменяет структуру мазка точечным орнаментом. Цвет у Ван Гога играет важную роль — тона в этой картине становятся нежнее: зеленый и красный превращаются в желтоватый и розовый, однако зеленая стена с кроваво-красными точками вселяет беспокойство.
Ван Гог прожил у Гаше всего два месяца, новый приступ болезни привел художника к самоубийству.
«Рынок» — полотно, написанное Гогеном вскоре после переезда на остров Таити. Запечатленные на холсте красоты природы и особенности быта и нравов этой далекой от Европы земли стали главными в творчестве живописца. С детства впечатленный экзотикой Перу, Гоген на протяжении всей жизни желал «погрузиться в чистоту природы и не видеть никого, кроме туземцев». Художник купил соломенную хижину в глухой деревушке и занялся живописью. Его палитра буквально расцвела яркими красками тропической зелени, моря, солнца, песка, пестрых нарядов таитянок, среди которых он часто изображал свою 13-летнюю жену Техуру. Стилистика работ этого периода как нельзя лучше объяснена самим художником: «…ты всегда можешь найти утешение в примитиве!» Для мастеров его поколения, отказавшихся от слепого «подражания природе», но стремившихся напомнить зрителю о вечных, непреходящих ценностях человеческой жизни, искусство древних народов стало источником неисчерпаемого вдохновения. Гоген, первым среди французских художников отвергнувший «язвы цивилизации», полностью посвятил себя этой тематике.
В первобытности нравов современных ему таитян живописец прослеживает традиции древних культур. К примеру, позы, в которых сидят девушки на полотне «Рынок», напоминают пластику героев росписей древнеегипетских пирамид.
Альберт Вельти — известный швейцарский живописец, получивший образование в мюнхенской Академии изящных искусств. Будучи близким другом писателя Германа Гессе и последователем художественных «настроений» Альфреда Бёклина, Вельти зачастую использовал мотивы, характерные для символизма. Овеянные мистицизмом сюжеты или реальные события, облаченные в формы ночных кошмаров, видений и грез, составляют основное направление творчества мастера.
Неслучайно и обращение Вельти к библейским легендам и жизнеописаниям святых. Выработанный эпохой Возрождения канон изображения святого Себастьяна — в рост предстающего на всем полотне — швейцарским художником осмысливается по-своему и трактуется уже как часть повествования. Святой, прикованный к дереву и пронзенный стрелами, «погружается» Вельти в сюжетную композицию, рассказывающую историю его мученичества. Открывающийся с Палатинского холма вид на Рим III века преисполнен торжественности и передан эпически величественно, в то время как на окраине города происходит казнь тайно проповедовавшего христианство Себастьяна, начальника преторианской стражи при Диоклетиане. Привычная жестокость, царящая в те времена, порождает спокойствие, с которым мужчины наблюдают за тем, как лучники пронзают стрелами тело мученика за веру.
Пьер Огюст Ренуар — французский художник-импрессионист, наиболее емкую характеристику творчества которого дал его современник, писатель Октав Мирбо, сказав: «Ренуар пишет, как дышит. Живопись стала для него продолжением зрения. Существуют люди, предающиеся искушению все ощупывать взглядом. Рука Ренуара создана для того, чтобы изображать счастье, которое испытывает взгляд».
Свобода живописного стиля помогала художнику передать всю безмятежность открывающейся перед нами сцены. С обаянием пасторальных мотивов XVIII века мастер пишет уснувшую на лесной опушке девушку. Ее спокойная поза служит контрастом вечно изменчивой природе, легкие розовые облака скользят по яркому синему небу, листья кустарников и деревьев колышутся на ветру, солнечные блики перебегают с соломенной шляпы на рукава блузки и траву. Теплым колоритом и плавностью форм в изображении окружающего леса создается образ гармоничного созвучия человеческой жизни и природы.