Перечитав ещё раз письмо от самого Сатаны, я положил свиток обратно на стелу и подошёл к шкатулке. Она тоже открылась без каких-либо проблем.
Сердце пропустило удар.
На мягкой подложке лежал изящный, слегка изогнутый кинжал. Никаких излишеств, никаких вычурностей, бесполезных элементов, которые так любили мои конкуренты по ремеслу.
Это не была декоративная вещь, это было оружие, предназначенное для того, для чего и придумывали оружие: для убийства людей. Единственный отличительный признак, который я себе позволил – вытравленная на лезвии цитата одного из моих любимых писателей.
Даже спустя триста лет я с первого взгляда узнал этот кинжал. Я не мог понять, как такое было возможно, и тем не менее нельзя было сомневаться в том, что видели мои глаза.
Оружие, которое я использовал на протяжении многих лет, выполняя заказ за заказом. Мой, Жнеца, кинжал. Око смерти.
Дьявол до самого конца остался Дьяволом.
Я не мог не забрать Око, это была частичка меня, такая же важная, как рука или почка. И, даже откажись я от этого соблазна, без Ока я не смогу убить Сатану, он так и останется сидеть на своём троне в этой расслабленной позе, вероятно до скончания времён.
В том, что Дьявол сделал именно так, как написал, и что как-то иначе пробить окружающую его защиту не получится, я не сомневался ни секунды. А это значило, что свой последний контракт я так и не выполню.
Вообще, говоря откровенно, в этом контракте не было никакого смысла. Это была просто шутка, причём не самая смешная.
В свой последний в первой жизни день я пришёл на встречу с новым клиентом. Обычно я заранее узнавал, кто будет целью, чтобы просчитать риски и понять, будет ли игра стоить свеч.
Тем не менее, в тот раз мне предложили такую сумму, что отказываться было бы глупо, и не важно, кто должен был бы умереть. Как оказалось, всё-таки было важно. Потому что тем, чьей смерти хотели заказчики, был я сам.
Всё здание, где проходили переговоры, заминировали. А люди, явившиеся для обсуждения, либо ничего не знали, либо были смертниками.
Я увидел, как на мой банковский счёт переводятся миллионы, поднял глаза на человека, с которым обсуждал подробности дела и спросил: “Теперь вы, наконец, скажете, кого я должен буду убить?”
И последним, что я услышал, прежде чем прогремел взрыв и моя душа перенеслась в Ад, было: “Попробуй убить самого Дьявола, ублюдок!”