Да, я знал, что спирт надо пить на вдохе, но кто ж знал, что я буду пить спирт? Лично я думал, что это лишь лимонад, ибо и этикетка, и сама бутылка говорили именно об этом — лимонад «Буратино» по цене 20 копеек. Однако в реальности всё оказалось не так.
Получив от сердобольной рыжухи на закуску шоколадную конфету «Белочка», я стал вслушиваться в историю, которую с жаром рассказывал Антон, которого уже успели обвинить в отравлении пионера.
Короче говоря, добыть, необходимый мне для выступления, эликсир лидер группы решил у вахтёра Митрича и для этого направился на проходную. Но увы, вахтёр в подгоне отказал, сославшись на то, что у него мало, а до окончания рабочей смены ещё ого-го.
Видя, что Антон сильно расстроен, сторож решил сжалиться и приоткрыть завесу тайны и сдать поставщика архи-нужного, в вахтёрском деле, продукта. А посему намекнул парню, что медицинский спирт есть у заведующей ДК.
На удивление гитариста, сторож пояснил, что заведующая выписывает спирт, якобы для протирания электроаппаратуры.
— Так это технический что ль? Протирать не аппаратуру, а горло, — немного отойдя, поинтересовался обалдевший пионер.
— Нет — медицинский. Я этикетки у неё видел. Там пятилитровая бутыль. Я подошёл к ней в зале, попросил на нужды ВИА, гм… Сказал, что для храбрости. Она сказала, что всё понимает. Мы сходили к ней в кабинет, и она налила.
— Теперь она подумает, что мы все пьяницы, — в ужасе произнесла Юля.
— А на самом деле пьяница тут только один, — произнёс пионер и, взяв бутыль в руки, попросил: — Ребята, вон стаканчики стоят, принесите пожалуйста из раковины воды. Сам я, как Вы понимаете, сходить не смогу, фанаты могут съесть. А если, — слегка потряс сосуд, — выпить это дело без воды, что сделать вроде бы и можно, то на сцену вам, скорее всего, придётся меня выносить, ибо сам я, сто пудов, выйти просто не смогу.
Закончил очередной оратор декларировать отрывок из поэмы Маяковского «Владимир Ильич Ленин» и мои ребята пошли на сцену, а я, вспомнив о празднике, оторвал кусок обоев и на обратной стороне карандашом написал ноты песни, которую собирался исполнить, дабы не было вопросов вроде: «А почему-й-то на празднике в честь революции у тебя не было ни одной песни посвящённой этой самой революции?»
Вот, чтобы избежать подобных инсинуация, я и решил в свой репертуар включить элемент патриотичности и революционности, если такое, собственно, вообще совместимо.
Под долгие и продолжительные аплодисменты ребята подключили аппаратуру, после чего без общения с публикой мгновенно заиграли первую композицию…
Естественно, певец и лидер группы Антон, после исполнения песни должен был поздороваться с залом и поздравить всех с праздником, но начинать своё выступление ВИА, по моим заветам, они должны именно без слов — вышли, подключились и заиграли.
Браво — Дорога в облакаСмотря на это выступление, стоя, сбоку от сцены, за кулисами, достал свой блокнот и стал отмечать в нём плюсы и минусы выступления.
В первой строчке записал: «Короче… Надо бу… Сде. То чтб Сеня…».
Возможно, в последствии, я бы смог расшифровать сам смысл того, что я хотел посоветовать, вероятно, некоему Сене ну или Севе, но сейчас мне было явно не до этого. Под звуки песни про танкистов потёр глаза, сморщился, вернулся за стол и, сев в уголок, задремал…
Браво — Этот городЭто была вторая из новых песен, а вообще Антон должен был спеть их пять или шесть…
Из сна вывел меня шум зала. Поднялся и выглянул за дверь.
Там Антон уступил место у микрофона Юле и зазвучали первые аккорды песни «Ветром стать».
МакSим — Ветром статьПублика хлопала в ладоши и подпевала незатейливый припев, а я, решив, что хватит бухать, сделал пару глотков и вылил остатки эликсира в остывший электрочайник с кипячёной водой. О том, что электрочайник мог быть включён в розетку, в нём могло не быть воды и что всё бы это дело могло бы в миг полыхнуть, я особо сильно не задумывался, ибо вскоре должна была подойти моя очередь для выступления, а посему, перед этим делом неплохо было бы поспать.
Вновь сел на своё место в уютном уголке и только было закрыл глаза, как тут же открыл по причине того, что меня уже кто-то будил.
— Саша! Саша, очнись! Саша! — слышался чей-то малознакомый голос.
Протёр ладонями лицо и словно в тумане увидел нависающего надо мной Кравцова.
— Тебе что плохо? — поинтересовался он. — Ты чего сидишь с открытым ртом, открытыми глазами и не реагируешь? Тебя на сцену зовут.
— Я вообще-то поспать маленько хотел. Пока ребята играют. Юле ещё пять песен петь.