Читаем Кисло-сладкая журналистика полностью

Согласитесь, каждому человеку есть, что рассказать о своей жизни. Человек хочет выговориться.

Более того, я видел несколько потрясающих телевизионных программ, которые я бы назвал «Простые истории». В них обычные люди рассказывали о своей жизни, и от этого невозможно было оторваться.

Но я знаю, как корреспонденты делали эти программы. Они приезжали и четыре дня жили вместе с этими людьми.

Они вместе ходили в магазин и в школу за ребенком.

Само интервью писалось потом, когда они понимали, что перед ними за человек, какой вопрос ему можно задать, а какой нет.

С другой стороны, тот, кто давал интервью, в разговоре был более чем откровенен, потому что привык к журналистам и доверял им. Он понимал, что они действительно интересуются его жизнью, а не забежали на пять минут, чтобы пожужжать камерами и убежать в свою уютную столицу.

Вот почему программы получились.

Вот почему зрители, как и я, не отрывали глаз от экрана, качали головами и восхищенно спрашивали друга, как же удалось заснять такие невероятные монологи.

Возвращаясь к истории с интервью и моим другом, отметим, что у него не было особых желаний. Ему нужно было свидетельство настоящего, а не формального интереса к своей персоне. Но этого не было.

И ведущий получил то, что заслуживал.

Формальные ответы раздраженного человека.

И нечего обижаться.

Итак, давайте отметим и твердо запомним, что главной составляющей начального этапа интервью является обязательное налаживание между вами и гостем той атмосферы непринужденности и доверия, которое бывает между двумя беседующими людьми в реальной жизни.

Помните, что даже на исповеди, люди, чаще всего, идут к знакомому священнику.

Давать кому-то интервью – это всегда подставляться.

Спросите себя, кем же вам нужно быть в жизни, чтобы гость, увидев вас в первый раз, тут же в эфире рассказал вам что-то личное, необычное и интригующее. Почему он должен быть откровенным?

Не будьте наивными, вспомните предыдущие главы. Он будет это делать только, если это нужно ему, используя вас.

Теперь плотнее поговорим о ваших гостях.

Конечно, у каждого гостя свои резоны дать интервью. Для любого человека приятно общественное внимание.

Есть целые категории гостей, с которыми проблем не бывает вообще. Это политики и артисты. Политики сразу начинают говорить о светлом будущем, а артисты рассказывать о концертах, спектаклях и фильмах. И у тех, и у других уже есть заготовленные модули их рассказов. И когда они, наклонившись к вам, вдруг восклицают: «Ну хорошо, так и быть, у вас особая программа, и я именно вам открою этот секрет!..», не обольщайтесь. Полчаса назад ваш гость говорил это же в соседней студии другому ведущему.

Скажем прямо, беседа с подобными гостями, это не интервью. Вас просто используют. Политики и артисты идут в эфир, когда им надо. Мои продюсеры не раз говорили мне, что такой-то политик придет ко мне, но только поближе к выборам. А продюсеры артистов назойливо требовали эфир, когда звезда выпускала новый альбом или фильм.

Конечно, если вы Ларри Кинг, или подобный ведущий первой мировой десятки, то к вам придет любой гость по первому зову. Для гостя это как прием у королевы. И если ведущий провинциальной станции, после визита заезжей звезды, долго рассказывает о впечатлениях и показывает подаренный плакат с росписью, то, в случае с Ларри, свои впечатления рассказывает уже гость. И, приехав домой, он, под восхищенные крики домашних, лепит фотографию, где он обнимается с ведущим, на самое видное место – на дверцу холодильника.

Но все это далеко не типично. А типичная ситуация другая: вам, далеко не Ларри Кингу, поручено взять интервью у некоего гостя, далеко не Умберто Экко.

Умберто Экко, если вас к нему пустят, вам все расскажет сам, причем половину слов, которые он произносит, вы не поймете.

В других случаях вам придется попотеть.

Кстати, одна из самых блестящих мировых интервьюеров Барбара Уолтерс в своем бестселлере «Пробы» («Auditions») шутливо отметила два незаменимых качества для начинающего ведущего.

Мочевой пузырь, как у верблюда. Способность не потеть.

Но мы с вами не Уолтерс, поэтому запасаемся большим количеством свежих наглаженных рубашек. По одной на каждую программу.

А что касается первого пункта, то тут я вам ничем не могу помочь.

ИДЕАЛЬНЫЙ ОБЪЕКТ ДЛЯ ИНТЕРВЬЮ И ГРУСТНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Я сделал эксперимент.

Я обратился к моим коллегам, мнение которых ценю и которых считаю прекрасными интервьюерами, чтобы они рассказали мне, что такое идеальный объект интервью.

Вот их ответы.

ОЛЬГА БЫЧКОВА.

Я люблю брать интервью у гостей, с которыми можно говорить на все темы одновременно.

В разговоре я люблю объемность. Мне нравится, когда человек говорит серьезно, но потом внезапно уходит в сторону. Он рассказывает какую-то историю, а потом возвращается к теме. Он как будто путешествует по разным этажам беседы. Для такого человека нет проблем, играючись, выстраивать удивительные логические звенья.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Революция 1917-го в России — как серия заговоров
Революция 1917-го в России — как серия заговоров

1917 год стал роковым для Российской империи. Левые радикалы (большевики) на практике реализовали идеи Маркса. «Белогвардейское подполье» попыталось отобрать власть у Временного правительства. Лондон, Париж и Нью-Йорк, используя различные средства из арсенала «тайной дипломатии», смогли принудить Петроград вести войну с Тройственным союзом на выгодных для них условиях. А ведь еще были мусульманский, польский, крестьянский и другие заговоры…Обо всем этом российские власти прекрасно знали, но почему-то бездействовали. А ведь это тоже могло быть заговором…Из-за того, что все заговоры наложились друг на друга, возник синергетический эффект, и Российская империя была обречена.Авторы книги распутали клубок заговоров и рассказали о том, чего не написано в учебниках истории.

Василий Жанович Цветков , Константин Анатольевич Черемных , Лаврентий Константинович Гурджиев , Сергей Геннадьевич Коростелев , Сергей Георгиевич Кара-Мурза

Публицистика / История / Образование и наука