Держались парни уверенно. Кажется, им не раз доводилось решать проблемы силовым методом.
Не хотелось портить себе отдых. Вынужденно приняли кое-какие меры.
Наглецы, приглядевшись к нашим лицам, вдруг заулыбались растерянно, кого-то в нас постепенно узнавая.
— Что ли вы? — спросил заводила. — Правда — вы?.. Извините ради бога! Не разглядели, не разобрались в ситуации. Прямо скажем — неожиданность.
— А можно — автограф? — заискивающе поинтересовался кто-то из гостей. — Ребятам в секции покажем, вот зависти будет!.. И память, на всю жизнь.
Мы с Владом милостиво одарили парней каракулями на каких-то бумажных огрызках. Сфотографировались на брудершафт.
— Не будем вам мешать, — говорил предводитель. — Надо же — такие люди. Больше не побеспокоим, не волнуйтесь.
Размещаясь в моторке, он всё же спросил, хитро поглядывая:
— Не боитесь, что инопланетяне вас похитят? Слух прошёл, они тут шалят…
— Не боимся, — добродушно отмахнулся Влад.
— Да, конечно, с вашим-то уровнем.
Заведя мотор и помахав на прощание, гости отбыли.
Гул двигателя вскоре затих.
— Я думала, драки не избежать, — поделилась Катя, вздохнув с облегчением.
— Ха! — усмехнулся Влад. — У нас всё под контролем!
В конце отпуска, свернув лагерь, не без сожаления поглядывая на мерцающее от звёзд море, ступили мы на борт космической яхты, висящей над пляжем.
Влад поднял трап, задраил люк.
Запустил гравы на полную.
Лишь тогда наша компания сняла биокамуфляж направленного действия, вернув свой настоящий облик.
Да, мы гуманоиды, но от людей всё же отличаемся.
Ни к чему нам эти нездоровые сенсации.
Прощай, нагретое место!
У нас таких — не осталось.
Владимир Марышев
— Победа! — возвестил громовой голос.
Алекс пробежал по инерции ещё несколько метров, затем остановился, раскинул руки и упал лицом в траву. Другие брайты последовали его примеру.
Почти вся растительность на опалённом боями поле превратилась в пепел. Но кое-где сохранились зелёные островки, и от густого пьянящего запаха одного из них Алекс чуть не задохнулся. Затем его оглушила накатившая со всех сторон тишина. Такая же густая, вязкая — настолько, что он, казалось, мог ощутить её подушечками пальцев.
Усталость тоже была осязаемой — она представлялась грудой камней, вдавивших тело в землю. Но теперь её ничего не стоило перетерпеть. Алекс лежал, вплетя пальцы в травяные стебли, и то, что творилось с ним всего несколько минут назад, казалось порождением чудовищного сна. Словно вросшая в руку рукоятка бластера, распирающий лёгкие боевой клич, обжигающая ненависть к врагу.
Враг был силён и безжалостен, но Алекс всегда знал, что брайты победят. Это следовало из закона высшей справедливости, ведь в мире нет более гнусных созданий, чем дарки!
Он воевал так долго, что все битвы слились воедино, и даже из ранений запомнились лишь самые жуткие, превращающие его в кровоточащий кусок мяса. Каждый раз было невыносимо больно. Но Алекса быстро и умело латали, порой чуть ли не собирая по частям, а затем вновь посылали в пекло.
И вот ещё одно пекло осталось в прошлом, а настоящее принесло Алексу удивительную перемену. Кипящее в каждой жилке неистовство исчезло, осталось за гранью сознания. Теперь хотелось наслаждаться миром, смаковать его, впитывать по капельке…
— Ну вот, — внутренне ликуя, сказал Первый Игрок, — я победил! Признаёшь, что всё было честно?
Второй Игрок поморщился.
— Да, — нехотя выдавил он, — в этот раз тебе повезло. Только твоя честность тут не причём. Всё наоборот.
— Что-о-о? — опешил Первый. — Ты сомневаешься?!
— Ещё бы! — язвительно усмехнулся Второй. — Сегодня твои бойцы превзошли сами себя, их было невозможно остановить. И знаешь, почему? Ты разработал новую программу, эффективнее прежней, и тайком перекодировал свою армию. Хотя знал, что правила этого не допускают.
— Чушь! — надменно произнёс Первый. — Никого я не перекодировал. Видишь ли, дружище, программа программой, но от игрока тоже кое-что зависит. Одному дано стратегическое мышление, а другому. — Он покосился на соперника и выдержал многозначительную паузу. — Мои солдаты ничем не отличаются от твоих, и это можно легко доказать.
— Как?
— Ты отлично знаешь, что есть один способ. Я готов прибегнуть к нему прямо сейчас.
— Идёт! — не задумываясь, ответил Второй. — Ты наверняка мухлюешь, и я тебя разоблачу. Вот только. Почему прямо сейчас? Бойцы всё-таки живые, это тебе не «виртуалка». Надо дать им хорошенько отдохнуть.
Первый растянул губы в улыбке, и это выглядело странно, потому что взгляд оставался холодным, застывшим.
— Знаешь, дружище, что не даёт тебе одерживать победы? Мягкотелость! Они отдохнули достаточно, чтобы продолжать. Правильному солдату расслабляться некогда — он без войны деградирует и становится никуда не годен. Я прав?
— Может, и прав. — неуверенно согласился Второй.
— Тогда начали!
Всё изменилось мгновенно. У Алекса словно щёлкнуло в голове, и сразу вслед за этим над полем взмыл знакомый голос.