Этим членом Совета была Ракша, которую Стая избрала своим новым вожаком. Вот почему волчица гордо сидела сейчас на вершине Скалы, на том камне, с которого до нее управлял Стаей Акела. Ракша обвела взглядом членов Совета, запрокинула голову к небу и громко завыла. Этот вой немедленно подхватили все волки Стаи.
Все, кроме Маугли. Он молча забрался на дерево, к лежащему на ветке Багире, сел рядом с ним, обхватил рукой его широкие, покрытые черной как ночь шерстью, плечи.
Отсюда, с ветки, человеческий детеныш легко мог встретиться глазами со своей матерью. Ракша поймала его взгляд, едва заметно улыбнулась, а затем сказала, обращаясь к Стае:
– Дружнее, волки!
И вновь, еще громче, завыла, задрав голову. Волки подхватили ее вой, и на этот раз к ним присоединился Маугли. По сравнению с былыми временами его голос окреп, стал громким и мощным – хотя, честно сказать, оставался совсем не похожим на голос настоящего волка.
Неожиданно затряслась ветка, на которой сидели Багира и Маугли. Они посмотрели вниз и увидели, что к ним пытается вскарабкаться Балу. Медведь за последнее время нисколечко не похудел, поэтому бедное дерево гнулось и трещало под его весом. Маугли улыбнулся.
Медведь. Пантера. Волчья стая. Человек. Кто-то, может быть, скажет, что они не могут ужиться друг с другом. Пусть себе говорят, Маугли нет до этого дела. Он с ними со всеми прекрасно уживается, они его лучшие друзья, и этого более чем достаточно. В конце концов, разве не он сам пишет историю своей жизни? «Наверное, твоя Стая – это те, с кем ты решил остаться, – подумал Маугли. – Твоя Стая. Твое место в жизни. Твоя Семья». Ему повезло – он нашел свою Семью. И свое место в этом мире тоже.