Читаем Книга еретиков полностью

Деяния собора 1341 г. и отрывок из сочинения Варлаама «Против мессалиан»[675].

...А калабриец Варлаам-монах, безрассудно и самовольно зыблясь на лучине высокомнения о себе и гордясь своею философиею, вооружился против выспреннего и истинного любомудрия, против учения Духа. Притворившись учеником, он некогда коварно пришел к неким у нас монахам, которые, провождая житие безмолвное и всех других приветствуя: «радуйтесь», – с одним Богом беседуют, и между ними рассчитанно пристал не к умнейшим, а к простейшим, но и от них скоро ушел и письменно похулил толки их.

Услышав от них, что те, у которых сердца очищены исполнением заповедей Божиих, таинственно и неизглаголанно сподобляются озарений божественных, Варлаам этот обвинил их в том, что они признают причастие самого существа Божия. Когда же они отвечали ему, что причаствуется не существо это, а вечная, несозданная и боготворящая благодать Духа, тогда взвел на них обвинение в двубожии и, даже явившись в церковь, поведал это и нашей мерности, винил наипаче честнейшего иеромонаха кир Григория Паламу и требовал, чтобы все они позваны были в священный и божественный собор наш. Но когда они призваны были, то сам он не явился, оправдываясь тем, что в соборе не было царя[676], а на самом деле боясь обличения. Потом собор открыт был в знаменитом храме премудрости Бога-Слова, в присутствии царя, его синклита и немалого числа честнейших архимандритов и игуменов и граждан. Введен был туда и Варлаам. Ему предложили высказать и доказать все, что у него есть на уме против монахов, живущих в безмолвии. Но он, оставляя это в стороне, требовал прежде всего решения вопросов и недоумений догматических. Тогда патриарх повелел прочитать в слух всех присутствовавших в соборе священные и божественные каноны, которыми воспрещено всем, кроме архиереев, рассуждать о догматах[677]. Затем были принесены и прочитаны сочинения Варлаама под заглавием «Против мессалиан» (так называл он безмолвников)[678], в которых он выражался о Фаворском свете между прочим так:» Свет, воссиявший на Фаворе, не был недоступный, не был истинный свет божества; он не только не превосходнее ангелов, но ниже и самого мышления нашего. Все мысли и умствования наши лучше этого света, который через воздух доходит до наших глаз, подчиняется силе чувствительности нашей и зрящим показывает только чувственные предметы, потому что и сам он веществен, является в пространстве и времени, окрашивает воздух и то сгущается и является, то разрешается и ни во что обращается, будучи призраком, дробью и летучкою. Да и видели его люди, еще не восприявшие священных энергий, еще не очищенные, несовершенные и при самом видении, какое было на Фаворе, еще не сподобившиеся понимания боговидений. Итак, те, которые говорят, что оный свет превосходит ум и есть истинная существенность и тому подобное, заблуждаются и, не зная ничего лучшего, кроме видимых красот, вводят в Церковь вредные догматы, как нечестивцы».

Такие рассуждения Варлаама собор признал противными вещаниям святых отцов о Фаворском свете; и эти вещания их были прочитаны в слух всех. <...> Кроме сего, в сочинениях Варлаама указаны были нападки на особенности безмолвииков и на обычную у них и у всех христиан молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя»[679], – произносимую с вдыханием воздуха внутрь себя. По словам Варлаама, наставник этих безмолвников[680], по примеру богомилов, научил их говорить: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя», а не: «Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас»[681], как говорят все христиане, и даже отменил «Отче наш», считая эту молитву и все прочие излишним многоглаголанием. <...> Итак, оказалось, что Варлаам неправославно и хульно говорил и писал о Фаворском Божественном свете и о священной молитве, часто произносимой монахами; монахи же оказались невиновными, так как они содержат предания и учения о сем святых отцов, что и исповедали они и подтвердили. Поелику же Варлаам испросил у них прощение, то мы объявляем, что если он истинно покается и исправится и никогда не будет ни говорить, ни писать о сем, то благо ему будет; в противном случае будет отъявлен и отлучен от святой, соборной и апостольской церкви Христовой и от православного единства христиан... 6849[682], месяца июля, индикта 9-го.

Иоанн, милостию Божиею архиепископ Константина града, нового Рима и вселенский патриарх. Смиренный митрополит Сардийский, экзарх всей Аидии, и всечестный Григорий. Смиренный митрополит Лакедемонийский и всечестный Нил. Митрополит Мадитонский, смиренный Исаак. Смиренный митрополит Витзийский и всечестный Макарий. Смиренный митрополит Аланий из Сотириуполя и всечестный Лаврентий.

Перейти на страницу:

Все книги серии Александрийская библиотека

Похожие книги

Архетип и символ
Архетип и символ

Творческое наследие швейцарского ученого, основателя аналитической психологии Карла Густава Юнга вызывает в нашей стране все возрастающий интерес. Данный однотомник сочинений этого автора издательство «Ренессанс» выпустило в серии «Страницы мировой философии». Эту книгу мы рассматриваем как пролог Собрания сочинений К. Г. Юнга, к работе над которым наше издательство уже приступило. Предполагается опубликовать 12 томов, куда войдут все основные произведения Юнга, его программные статьи, публицистика. Первые два тома выйдут в 1992 году.Мы выражаем искреннюю благодарность за помощь и содействие в подготовке столь серьезного издания президенту Международной ассоциации аналитической психологии г-ну Т. Киршу, семье К. Г. Юнга, а также переводчику, тонкому знатоку творчества Юнга В. В. Зеленскому, активное участие которого сделало возможным реализацию настоящего проекта.В. Савенков, директор издательства «Ренессанс»

Карл Густав Юнг

Культурология / Философия / Религиоведение / Психология / Образование и наука
Невидимая Хазария
Невидимая Хазария

Книга политолога Татьяны Грачёвой «Невидимая Хазария» для многих станет откровением, опрокидывающим устоявшиеся представления о современном мире большой политики и в определённом смысле – настоящей сенсацией.Впервые за многие десятилетия появляется столь простое по форме и глубокое по сути осмысление актуальнейших «запретных» тем не только в привычном для светского общества интеллектуальном измерении, но и в непривычном, духовно-религиозном сакральном контексте.Мир управляется религиозно и за большой политикой Запада стоят религиозные антихристианские силы – таково одно лишь из фундаментальных открытий автора, анализирующего мировую политику не только как политолог, но и как духовный аналитик.Россия в лице государства и светского общества оказалась совершенно не готовой и не способной адекватно реагировать на современные духовные вызовы внешних международных агрессоров, захвативших в России важные государственные позиции и ведущих настоящую войну против ее священной государственности.Прочитав книгу, понимаешь, что только триединый союз народа, армии и Церкви, скрепленный единством национальных традиций, способен сегодня повернуть вспять колесо российской истории, маховик которой активно раскручивается мировой закулисой.Возвращение России к своим православным традициям, к идеалам Святой Руси, тем не менее, представляет для мировых сил зла непреодолимую преграду. Ибо сам дух злобы, на котором стоит западная империя, уже побеждён и повержен в своей основе Иисусом Христом. И сегодня требуется только время, чтобы наш народ осознал, что наша победа в борьбе против любых сил, против любых глобализационных процессов предрешена, если с нами Бог. Если мы сделаем осознанный выбор именно в Его сторону, а не в сторону Его противников. «Ибо всякий, рождённый от Бога, побеждает мир; и сия есть победа, победившая мир, вера наша» (1 Ин. 5:4).Книга Т. Грачёвой это наставление для воинов духа, имеющих мужественное сердце, ум, честь и достоинство, призыв отстоять то, что было создано и сохранено для нас нашими великими предками.

Татьяна Васильевна Грачева , Татьяна Грачева

Политика / Философия / Религиоведение / Образование и наука
Русские обители Афона и Элладская Церковь в XX веке
Русские обители Афона и Элладская Церковь в XX веке

Книга известного церковного историка Михаила Витальевича Шкаровского посвящена истории русских обителей Афона в XX в., главным образом в 1910–40-е гг. Эти годы стали не только очень важным, но и наименее исследованным периодом в истории русского Афона, когда в его обителях, несмотря на тяжелое материальное положение и постепенное сокращение числа иноков, велась активная духовная жизнь, проживали многие известные русские подвижники благочестия и церковные деятели. В работе также освещена история Элладской Православной Церкви в 1917–1940-х гг., так как без нее трудно понять ситуацию, в которой находились в тот период русские обители Святой Горы. Книга предназначена для историков, священнослужителей, паломников и всех интересующихся историей Русской Православной Церкви. Фотографии 6-9, 12-13, 20-21, 23-28 – А.А. Китаева; 46 – М.Г. Талалая.

Михаил Витальевич Шкаровский

Религиоведение