Честно говоря, Мариша до сих пор подозревала, что Инка это сделала нарочно. Увидела, какая Мариша в этом платье красивая, и забеспокоилась, как бы та не затмила ее своим присутствием. Не надо было показывать завистливой Инке это платье! И хотя Инна клялась и божилась, что идея с ледяным замком возникла у нее много раньше, но Мариша все равно осталась при своем мнении.
И вот теперь это платье наконец вышло в свет. В последний раз убедившись, что оно сидит на ней идеально, Мариша позвонила в дверь квартиры Финика.
Финик открыл ей самостоятельно. И кажется, замер на пороге от восторга. Неизвестно, как он намеревался начать разговор прежде, но теперь при виде разряженной в пух и прах Мариши у него из головы точно все вылетело.
Небрежно сбросив легкое светлое пальто из кашемира на руки окончательно оторопевшего хозяина, Мариша осталась лишь в своем замечательном платье. Она кожей чувствовала, что это был триумф. Глаза Финика сверкали, словно два черных брильянта. Он буквально пожирал ими свою гостью. И дышал так тяжело, что Мариша даже начала опасаться, как бы беднягу не хватил удар.
Да, это был триумф! Единственное, что немного омрачало ликование Мариши, – это то, что ее Инка не знает и никогда не узнает об этом. Инка находилась в большой дружбе с Маришиным мужем Смайлом. И Мариша не сомневалась: все то, что становится известно Инке, автоматически становится известно и Маришиному мужу. Разумеется, Смайл не слушал все Инкины сплетни подряд. Но про все, что касалось его Мариши, он бы выслушал непременно и с удвоенным вниманием. В этом нечего было и сомневаться.
– Жаль, жаль, – пробормотала Мариша, проходя в глубь квартиры Финика.
Вскоре же выяснилось, что квартира была обставлена только в двух комнатах и прихожей. В прочих помещениях шел ремонт. Например, кухня, куда Мариша тоже сунула свой любопытный носик, представляла собой Вселенную, какой она была во времена Хаоса.
– Я купил эту квартиру буквально на днях! – поспешно захлопывая перед Маришей дверь в «непарадную» часть квартиры, сказал Ростислав.
Он тоже постарался нарядиться к приходу гостьи. Во всяком случае, рубашка на нем была чистая и отглаженная.
– С чего начнем? – широким жестом пригласил он Маришу садиться. – Коньяк или вино?
Начало, что называется, умиляло. Кроме спиртного, на низеньком столике был сервирован маленький фуршет. Конфеты, тарталетки с черной и красной икрой, сыры и фрукты. Мариша даже встревожилась. С чего это вдруг такой прием? У них ведь должен состояться деловой разговор. Или нет?
Впрочем, кого она обманывала? Ведь не для делового разговора она так разрядилась. И Финик явно относился к ней куда теплее, чем к большинству своих знакомых женщин. Вот мадам на «Мерседесе» с тремя тройками на регистрационном номере едва уговорила его взять свою машину в уплату долга. И то гордилась, бедняжка, своей удачей. А ведь если бы она ему действительно нравилась, он бы просто простил ей долг. Или нет? Вдруг Финик относится к тому сорту мужчин, которые никогда не смешивают бизнес с личной жизнью? Тогда что она тут делает?
Мариша совершенно запуталась в своих мыслях. И уже не знала, остаться ей тут или бежать. Тем временем Финик разлил по бокалам вино. В принципе, Мариша вино не любила и не пила почти никогда. Но это вино ей понравилось.
– Ну как? – поинтересовался ее мнением радушный хозяин. – Как вино?
– Очень терпкое.
– Именно.
И Финик продолжал пить маленькими глоточками, с явным удовольствием поглядывая на свою гостью. Мариша уже начала сомневаться, правильно ли она поняла его. Вдруг ее сюда позвали именно для того, чтобы не торопясь попить вина. Но тут Ростислав заговорил:
– Я тут покопался у себя в извилинах и кое-что припомнил про этого убитого старика.
– Про Сергея Юльевича?
– Про него.
– Так ты был с ним знаком?
– Нет. С чего ты взяла?
– Ну, ты так сказал… Я подумала…
– Красивым женщинам думать вредно, – наставительно произнес Финик.
Мариша растерянно замолчала, не зная, как отнестись к словам Ростислава. Как к комплименту или как к оскорблению? Но он смотрел на нее так тепло и призывно, что Мариша решила довериться своим чувствам и принять слова за комплимент.
– А со стариком Кротовым я лично знаком не был. Но когда доверяешь приличную сумму денег пацану с замашками олигарха, то не вредно навести о нем справки. Ведь может так получиться, что с человека, кроме его шкуры и скальпа, ничего и взять не удастся. А я не охотник за головами. Мне скальпы врагов без надобности. Я предпочитаю их кошельки.
И Финик снова пригубил вино.
– Так вот, деньги я парню пообещал, а сам навел про него самого и про его семью справки и узнал, что его отец действительно миллионер. Правда, старик – большая сволочь. Обмануть его доверие невозможно. Потому что этот тип никому не доверяет. Вот только разве что его дочь…
– Что дочь?