– Он не мог стать больше, чем тогда, когда я его увидел, – заявил Порто. – Вы не поверите, какие у него были длинные руки, принц Морган. Точно стволы взрослых берез, белые и широкие. Но я никогда не смогу забыть – а я пытался, в чем бы два этих шалопая ни старались вас убедить – то, как он на меня смотрел. У него были глаза как у человека. Да, клянусь вам, гиганты способны мыслить, и я думаю, что это ужасно. – Он сотворил знак Дерева и печально взглянул на Моргана. – Зачем наш любящий Бог одарил разумом такое чудовище?
– У нас дома говорят, что килпы, обитающие в южных океанах, – это утонувшие матросы, – неожиданно заговорил Ольверис, который обычно выдавал только короткие насмешки, так что даже Порто повернул к нему голову. – Может быть, с гигантом та же история, – добавил он. – Возможно, они грешники, чье проклятие состоит в том, что они вынуждены рыскать в диких местах.
От такой мысли Морган слегка содрогнулся – быть одиноким и отверженным, испытывать всеобщую ненависть и знать, что когда-то ты был человеком! Это ужас, которым он даже мог бы насладиться, как особенно жуткой историей о призраках, но племянник Эолейра Элин встретил гиганта не в пятидесяти лигах отсюда и не годы назад, а совсем недавно и рядом с тем местом, где они сейчас находились.
Ветер зашумел в ткани палатки, никто не подпрыгнул от неожиданности, но даже усмешка Астриана получилась вымученной.
– О, чудовище где-то снаружи прямо сейчас! – сказал он.
– Прекрати! – сказал Порто с жесткостью, какую Морган слышал очень редко. – Не говори о дьяволах, Астриан, потому что они могут тебя услышать. И не насмехайся над созданными Богом чудовищами, или Он очень скоро покажет тебе твою неосмотрительность.
– Быть может, нам лучше поговорить о чем-то другом, – начал Морган, но Порто снова вернулся к своей истории.
– Он напал на нас бесшумно – невозможно представить, что такое огромное существо может двигаться практически беззвучно. – Глаза Порто были широко раскрыты, словно он снова оказался на том горном склоне. – Мы даже не представляли, что он рядом, пока он не убил одного из солдат и не швырнул его обезглавленное тело на поляну, где мы находились. А потом он бросился на нас из-за деревьев, сгибая толстые стволы и ломая молодые деревца, словно у него под ногами был речной камыш. – Порто помолчал и тряхнул головой, как будто даже через много лет не знал, как объяснить словами, что тогда произошло. – Мной овладел страх – казалось, я вдруг очутился в ледяной воде. Я едва держался на ногах, так сильно у меня дрожали колени. Потом гигант взревел, разинув пасть, полную огромных желтых зубов…
– Ну? – спросил Морган после нескольких мгновений молчания. – Что случилось потом? Ты никогда раньше не рассказывал эту историю с такими подробностями.
– Потому что никто не хотел меня слушать, – ответил Порто, исполненный оскорбленного достоинства. – Некоторые были слишком заняты насмешками и называли меня лжецом. – Он бросил мрачный взгляд на Астриана. – Я бы хотел взглянуть на тебя, сэр Неустрашимость, в такой момент. Ты можешь не бояться любого противника-человека, но нечто столь необъяснимое заставляет потерять мужество.
Астриан собрался что-то ответить, но Морган перехватил его взгляд. Рыцарь склонил голову перед принцем, словно хотел сказать:
– А у него были доспехи, как у гигантов, которые воюют на стороне Белых Лис? – спросил Морган.
– Только не у этого, – ответил Порто. – Слудик, человек герцога, рассказал мне, что большинство гигантов на Севере дикие, и лишь немногие служат королеве норнов, потому что огромные чудовища опасны даже для своих хозяев. Тот, которого я видел, расхаживал голышом, как обычные животные. Вот почему мне запомнились его глаза и умный человеческий взгляд. Но тогда я мало о чем успел подумать. Все произошло слишком внезапно. Перед нами стояла смерть, высокая, как дерево, и ревущая, точно разъяренный медведь, и ни у кого из нас не возникло ни малейших сомнений, что нам конец.
– И как вы его убили?
Морган много раз слышал от Порто истории о схватках с гигантами и норнами, но редко обращал на них внимание. Принц никогда не верил Астриану, который утверждал, что это лишь сказки, выдуманные старым пьяницей, чтобы выглядеть героем, но не доверял самым ярким воспоминаниям Порто. Теперь Моргану вдруг показалось, что в словах Порто звучит правда человека, пережившего ужас.
– Как? Удача, – ответил рыцарь. – И милость Бога. Один из моих товарищей пронзил ему шею копьем, а другой рассек мечом большую вену на бедре. Я и сам ударил его мечом, но сумел достать только до задней части ноги. Тем не менее он хромал. Мы еще довольно долго с ним сражались, но потом сказалась потеря крови, и он упал. Наш капитан отсек ему голову.