Мы – уцелевшие, сперва решили ничего не делать и ждать – и ждали пять дней пока окончательно не стало ясно что Олонэ не вернется. Затем собрались на сходку и решили – нас было пятнадцать душ во главе со вторым штурманом Ван Гердманом – мирно поделить добычу. Но сперва нужно было добраться до населенных мест и снарядить корабль – для чего мы даже договорились, что будем держаться вместе. Но видать проклятие того дьявольского подземелья все равно помутило наш разум – и на следующее же утро Мэтт Гарт вместе с двумя дружками решил нас всех перерезать, пока мы спали. Да вот не один он про такое думал… В общем, к концу следующего дня в живых был лишь Диего – его тяжело ранило в руку и ногу, и я. Руки и ноги у меня были на месте, а вот глаза видели неважно, потому что мне их обожгло когда слишком туго забитый заряд мушкета разворотил затравку и плюнул огнем мне в лицо.
Мы кое-как выбрались из бухты на шлюпке, рассчитывая вернутся потом – но…
Я попал в Город потерянных кораблей, а Диего так и прожил жалким калекой отведенный ему век… Я думал отлежаться тут и вернутся – да вот глаза подвели – через год я совсем ослеп. Я пытался лечиться у местных знахарей – чего только они не делали со мной, и вспомнить жутко. Но все без толку… Зато я нашел свое счастье – Джоанну, или как она сама себя зовет, Итциль, – он с любовью сжал руку индианки… Живу вот, плету корзины и верши для омаров и рыбы – я в детстве этому обучался – семья у меня потомственные корзинщики… Даже кое что из того золота что я вывез из бухты сохранилось – зачем оно тут?
Теперь – почему я согласился с вами говорить, и какова будет моя плата. Я стар, смерть моя недалека – но у меня есть дети. Пятеро, – лица Тизера коснулась улыбка. Все они вполне довольны жизнью в нашей мирной обители. Но старший – Ролло, мечтает о большом мире, мечтает увидеть Старый Свет и водить настоящие большие корабли. Я возьму себе одну тридцатую часть клада – для Ролло. Пусть он отправится в Париж, ибо там не особо обратят внимание на то, что он смуглее чем я или вы, парни, увидит то что я так и не увидел – может быть выучится и станет большим человеком, хозяином флотилии торговых кораблей… И будет также опасаться пиратов как и те негоцианты которых я в свое время пощипал! – закончил он с усмешкой. Вот мое условие, парни…
– Ну, – пробурчал Харвуд, по праву квартирмейстера занимавшийся дележом добычи, – тридцатая часть это конечно немало, но ведь и куш хорош! Когда ты, мистер Дарби будешь готов отплыть?
«Обрученный с ветрами» под немногочисленными незарифленными парусами осторожно двигался к суше; команда стояла, готовая сбросить и эти последние паруса и свернуть их на мачтах.
Джон Серебряный переводил взгляд с парусов на близкую землю. Он внимательно слушал выкрики лотового, который то и дело бросал лот с носа корабля. Когда корабль проходил мимо лота и трос натягивался, лотовой читал показатели:
– Глубина двадцать!
– Верхняя точка прилива через час. – Питер оторвался от исписаной бумаги. – А вчера к тому же как раз было полнолуние. Корабль сможет пройти.
– Спасибо, штурманец, – с саркастической ноткой отозвался Джон. – Мы тоже не первый год плаваем, знаешь ли!. Тут Джон смягчился. – Отправляйся на топ-мачту, парень. И не своди глаз с суши. Все-таки это испанские владения, морской лев их всех дери!
Он посмотрел, как Питер взбирается по вантам, потом взглянул на штурвал и негромко сказал:
– Один румб к левому борту, Билли.
– Есть один румб к левому борту, капитан!
Тернер передвинул пустую глиняную трубку из одного угла рта в другой.
Он тоже видел белую пену у рифов при входа в пролив.
– Так держать! – сказал Джон, и бриг медленно прошел между высокими скалами. Этого прохода не было ни на одной карте, по крайней мере известной ему. По мере того как «Обрученный с ветрами» двигался, перед ним открывалась красивая широкая лагуна, со всех сторон окруженная заросшими лесом высокими холмами.
Питеру было не до этого – сверху он внимательно высматривал отмели и песчаные банки, или разросшиеся, поднявшиеся из глубины кораллы, готовясь выкрикнуть в любой момент предупреждение. Бриг успешно прошел длинным извилистым проливом и наконец оказался посреди широкой зеленой лагуны – к этому моменту Блейк уже взмок и успел раз двадцать позавидовать команде «Оливии» оставшейся на рейде.
Но вот все окончилось – они спустили и свернули последние паруса с рей, и якорь с плеском ушел в глубину. Корабль мягко покачивался на прочном манильском канате.
Он стоял всего в полукабельтове от берега, прячась за небольшим островком в лагуне, так что его было бы трудно заметить с берега. Ситуация конечно не очень приятная – ибо быстро выйти отсюда в случае чего вряд ли получится – так что если испанцы нагрянут – то получат полную возможность запереть их тут.
Не успел корабль остановиться, как Джон приказал:
– Ну давайте что ли ребята – готовь шлюпки!