— Молодец. Начинаешь внимательнее относиться к окружающему миру. По поводу вредоносности, напомню, на входе вас обработало гм… можно сказать облучило, обдуло и продезинфицировало… Когда выходили, система корабля снова обработала вас, — довольно отозвался куратор.
— Э-э-а-а… ты уверен, что я не скончаюсь от ваших излучений и чисток?! Может вам, раминам, эти процедуры не опасны, а мне только и останется, что внести свой вклад в дереводобывающую промышленность, в смысле — дуба дать?! — больше всего мне не понравилось упоминание об излучениях.
— Я затратил столько времени и сил на подбор оптимального кандидата — и угробить его в первый день?! Обижа-аешь, — он достоверно изобразил голосом возмущение.
— Ты еще скажи «начальник», — фыркнул я.
— Ну, уж нет. Начальник здесь я, — ухмыльнулся Крит.
Мы с мальчишками медленно прошлись по поляне, с интересом рассматривая местную флору и местами даже мелькавшую в листве фауну. Где-то через пол часа, в голове снова зазвучал голос куратора:
— Располагайтесь удобнее, я сейчас прочту небольшую лекцию, а ты ее будешь пересказывать мальчикам. Они уже знакомы с тем, что я расскажу, но повторение материала помогает его лучше понять и усвоить. Когда мы читаем книжку один раз, мы запоминаем только общую идею, второй раз — уже воспринимаем ее полнее, и только на третий раз видим текст глубже и запоминаем надолго. У нас в памяти хранится даже момент рождения, но пока мы не начнем прикладывать усилия, чтобы его вспомнить, он не всплывет и останется недоступным. У мальчиков в голове много знаний: о разных расах, о планетах, как, что делать и т. д., и т. п., но как я уже говорил, что одно дело один раз об этом выслушать, а другое — осознать эти знания, классифицировать, расставить по местам, повторить заново. Повторение уже известного материала им не помешает.
Сообщил парням о намечающейся лекции и предложил устраиваться, где больше нравится.
Пока они осматриваясь, раздумывали, где расположиться, я обратился к Криту:
— Не мог бы ты немного подробнее разъяснить слова о знаниях и опыте. В общих чертах данная концепция понятна, но что касается простых вещей, то тут мозги немного пробуксовывают. Предположим, что в моей голове есть информация, как заварить чай, хотя я, например, ни разу и не пробовал это делать, то какие проблемы могут возникнуть?
— Хорошо. Берем за основу, что мальчикам рассказали процедуру приготовления чая. Заходят они в неизвестный дом, и им захотелось попить, но никого вокруг нет и спросить не у кого. В памяти ребят есть знание, что в этом доме должна быть розетка, в которой, по идее, есть электричество, и есть шанс найти на полках электрический чайник, в котором можно заварить кипяток. Им надо найти действующую розетку, ведь согласись, наличие ее на стене, еще не значит, что она рабочая. Дальше им придется разыскать чайник, при этом также потребуется вспомнить, что в него следует налить воду. Затем, им предстоит догадаться включить его в сеть. Так же отыскать заварку и заварочный чайник. А напоследок, припомнить, как ее заварить, и в итоге — они все же попьют чайку… если найдут чашки. Я понятно объяснил? — вежливо поинтересовался собеседник.
— Уф-ф… Никогда не думал, что заваривание чая — такая сложная процедура. В твоем исполнении это звучит настолько непривычно, что я даже засомневался, а получилось бы у меня это, если бы последовал твоему рецепту?! — задумчиво пытался переварить я то, что изобразил этот тип.
Мда, уж… А ведь так можно запутаться с любым действием, если его ни разу не опробовал на практике. К тому же, каждый человек имеет свой набор слов, обозначающий разные действия, а значит, объяснения одного, могут не совпадать с описаниями того же процесса другим человеком.
Голос Крита прервал мои размышления:
— Если они уже не раз опробовали способ заваривания, да еще и в разной обстановке, то сразу пойдут искать кухню, где вероятнее всего и смогут найти все необходимое. Им не придется заглядывать в места, где чайника и всего остального, просто по определению быть не должно. Сколько не читай, как надо правильно охотиться на белку и даже изучи картинки, как выглядит зверек и деревья, где он водится, эти знания не сделают из тебя охотника. А фотография белки со стрелочкой, показывающей на ее глаз и подписью «сюда надо стрелять», вряд ли тебе поможет, впервые взяв ружье, попасть не только в глаз, но даже и в гм… более широкую часть ее тушки. Надеюсь, я понятно объяснил свою мысль?! А теперь давай перейдем к тому, что я хотел поведать.
Убедившись, что Май и Эл расположились рядом, ожидая лекции, я настроился слушать.