Читаем «КРАСНАЯ КАПЕЛЛА». Советская разведка против абвера и гестапо полностью

Спроси себя в этот час роковой: А стоило жизнь так пройти? Ответ один, он такой простой: Мы были на верном пути.


Даллеса не устраивало то, что Шульце-Бойзен поддерживал контакты с немецкими коммунистами, в определенной мере разделял их взгляды, считал их товарищами по антифашистской борьбе, более настойчиво, чем другие, стремился к свержению фашистской диктатуры и прекращению губительной для немцев войны. Членов группы Шульце-Бойзена шеф разведки США называет «революционерами, сюрреалистами и прочим сбродом «потерянного поколения»[45].

Не в ладах с фактами Даллес и тогда, когда описывает провал организации Харнака — Шульце-Бойзена. По его утверждению, «Красной капелле» наступил конец, когда в Германию на парашюте был сброшен русский агент, «выдавший все» в руки гестапо.

В архивных делах внешней разведки упоминается о том, что она не знала точно, когда парашютист Альберт Хесслер — Франц попал в руки гестапо и что с ним произошло в дальнейшем. Но это ни в коей мере не может бросить тень на антифашиста-интернационалиста Хесслера. Какие же основания нашлись у Даллеса для клеветнического заявления по его адресу?

Хесслер прибыл в Берлин как отпускник-солдат в середине августа 1942 года. До середины сентября он находился на свободе, встречался со Старшиной и другими членами организации. Но уже примерно в середине июля того же года зондеркоманда «Роте капелле» читала шифропереписку Центра и бельгийской резидентуры Разведупра, почерпнув из нее важнейшие сведения. Именно это обстоятельство, а не парашютист Франц, стало причиной провала организации Харнака — Шульце-Бойзена.

Трудно поверить в то, что Даллес не располагал этой информацией, но допустить это все же можно. Он, как известно, широко пользовался дезинформацией спецслужб рейха, а в ней могло быть все, что угодно.

Проглоченную дезинформацию Даллес превратил в клевету и грубую ложь, преследуя определенные цели в «холодной войне». Они очевидны: дискредитация антифашистского Сопротивления, ориентированного на Восток, как нежелательного и опасного явления, не вписывающегося в схему американского представления о послевоенной Германии и мире вообще.

Позиция, занятая Даллесом, стала определяющей для последующих нападок на «Красную капеллу» в годы «холодной войны».

НЕОНАЦИСТЫ КУСАЮТСЯ

Неонацисты — те же нацисты, пережившие крах национал-социализма и приспособившиеся к новым условиям действительности. Это могли быть как старые члены НСДАП, так и люди, взгляды которых сформировались в послевоенное время в обстановке «холодной войны».

...В июле 1949 года оперработник легальной резидентуры в Берлине Вадим отправился на очередную встречу с источником информации. Времени было предостаточно, и он неторопливо шел по проверочному маршруту. У газетного киоска остановился, незаметно окинул взглядом одиноких пешеходов и купил газету «Вест эхо», издающуюся в Бадене (Швейцария) и распространяемую в Цюрихе, Берне, Париже и других городах, сунул ее в карман. За столиком кафе, что также входило в комплекс проверочных мероприятий, Вадим принялся рассматривать бульварный листок, ничего особенного не ожидая от него.

Внезапно его внимание привлек заголовок статьи: «Шпионаж и контршпионаж во время Второй мировой войны». Автор — некий Вильгельм Флике. Речь шла о берлинской группе антифашистов, имена руководителей которых — Арвида Харнака, Харро Шульце-Бойзена и Адама Кукхофа — были лишь слегка изменены, но легко угадывались. Упоминалась в этом контексте и Грета Кукхоф.

Отчитываясь в резидентуре о прошедшей встрече, Вадим вспомнил о публикации и показал газету резиденту.

—   Это что? Мы разведка, а не читальный зал, — недовольно заметил он. — Если мы такую информацию будем докладывать в Центр, то нашу точку следует закрыть.

Оперработник попросил начальника еще раз взглянуть на публикацию. Он сложил газету таким образом, что статья оказалась на первой странице прямо перед глазами и ее волей-неволей пришлось пробежать.

—  Любопытно. Вадим, проследи, будет ли продолжение, а также постарайся выяснить на всякий случай, кто такой Флике.

Перейти на страницу:

Все книги серии Секретная папка

КГБ в Японии. Шпион, который любил Токио
КГБ в Японии. Шпион, который любил Токио

Константин Преображенский — бывший разведчик, журналист и писатель, автор книг о Японии; «Бамбуковый меч», «Спортивное кимоно», «Как стать японцем», «Неизвестная Япония» — и многочисленных публикаций. Настоящая книга вышла в Японии в 1994 голу и произвела эффект разорвавшейся бомбы. В ней предстает яркий и противоречивый мир токийской резидентуры КГБ, показана скрытая от посторонних кухня разведки. Автор также рассказывает о деятельности КГБ в России — о военной контрразведке, работе в религиозных организациях, о подготовке разведчиков к работе за рубежом, особое внимание уделяя внутреннему контролю в разведке и слежке за собственными сотрудниками. К. Преображенский часто выступает в российских и мировых средствах массовой информации в качестве независимого эксперта по вопросам разведки.

Константин Георгиевич Преображенский

Детективы / Биографии и Мемуары / Политические детективы / Документальное
КГБ в ООН
КГБ в ООН

Американские журналисты П.Дж. Хасс и Дж. Капоши рассказывают о деятельности советских разведслужб в Организации Объединенных Наций. Их представители пользуются дипломатической неприкосновенностью, и это способствует широкой шпионской деятельности. История советских агентов, служивших в ООН на протяжении нескольких десятилетий ее существования, политические акции советского правительства на международной арене, разоблачение шпионов, работающих в комиссиях под личиной представителей своей страны, военные и дипломатические секреты, ставшие предметом шпионажа, расследование шпионских акций и даже преступлений в самой ООН – вот круг проблем, которые затрагивает книга.

Джордж Капоши , Пьер Дж Хасс , Пьер Дж. Хасс

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация?
Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация?

Проблема Пёрл-Харбора — одна из самых сложных в исторической науке. Многое было сказано об этой трагедии, огромная палитра мнений окружает события шестидесятипятилетней давности. На подходах и концепциях сказывалась и логика внутриполитической Р±РѕСЂСЊР±С‹ в США, и противостояние холодной РІРѕР№РЅС‹.Но СЂРѕСЃСЃРёР№СЃРєРѕР№ публике, как любителям истории, так и большинству профессионалов, те далекие уже РѕС' нас дни и события известны больше понаслышке. Расстояние и время, отделяющие нас РѕС' затерянного на просторах РўРёС…ого океана острова Оаху, дают отечественным историкам уникальный шанс непредвзято взглянуть на проблему. Р

Михаил Александрович Маслов , Михаил Сергеевич Маслов , Сергей Леонидович Зубков

Публицистика / Военная история / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Очерки истории российской внешней разведки. Том 3
Очерки истории российской внешней разведки. Том 3

Третий том знакомит читателей с работой «легальных» и нелегальных резидентур, крупными операциями и судьбами выдающихся разведчиков в 1933–1941 годах. Деятельность СВР в этот период определяли два фактора: угроза новой мировой войны и попытка советского государства предотвратить ее на основе реализации принципа коллективной безопасности. В условиях ужесточения контрразведывательного режима, нагнетания антисоветской пропаганды и шпиономании в Европе и США, огромных кадровых потерь в годы репрессий разведка самоотверженно боролась за информационное обеспечение руководства страны, искала союзников в предстоящей борьбе с фашизмом, пыталась влиять на правительственные круги за рубежом в нужном направлении, помогала укреплять обороноспособность государства.

Евгений Максимович Примаков

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы
Явка в Копенгагене: Записки нелегала
Явка в Копенгагене: Записки нелегала

Книга повествует о различных этапах жизни и деятельности разведчика-нелегала «Веста»: учеба, подготовка к работе в особых условиях, вывод за рубеж, легализация в промежуточной стране, организация прикрытия, арест и последующая двойная игра со спецслужбами противника, вынужденное пребывание в США, побег с женой и двумя детьми с охраняемой виллы ЦРУ, возвращение на Родину.Более двадцати лет «Весты» жили с мыслью, что именно предательство послужило причиной их провала. И лишь в конце 1990 года, когда в нашей прессе впервые появились публикации об изменнике Родины О. Гордиевском, стало очевидно, кто их выдал противнику в том далеком 1970 году.Автор и его жена — оба офицеры разведки — непосредственные участники описываемых событий.

Владимир Иванович Мартынов , Владимир Мартынов

Детективы / Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / Спецслужбы / Cпецслужбы