Ученый гонит с дьявольской скоростью. Он выжимает около ста пятидесяти километров в час всю дорогу до Лас-Вегаса, во всяком случае, пока не выезжает на шоссе общего пользования в десяти километрах от города, Я жму на газ, чтобы мой «бронко» не отстал. Думаю, никакой полицейский не остановит и не оштрафует его на правительственной дороге. Я надеюсь, что он живет в Вегасе, но, когда он едет прямо к отелю «Мираж», мои надежды тают. Наверное, он просто уехал на несколько часов развлечься.
Я паркуюсь рядом с его машиной и готовлюсь пойти за ним.
Потом я вспоминаю, как я одета.
Рваная летная курка и окровавленная одежда.
Я не паникую. Те, у кого я угнала «бронко», приехали в отпуск. У них в машине наверняка есть какая-то женская одежда. Так и есть: я нахожу в багажнике пару джинсов, которые мне на пару размеров велики, и черную толстовку с Микки Маусом, которая смотрится на мне как водолазный костюм. По счастью, кровь и осколки стекла вымылись из волос, пока я спала на дне озера Мид. Я быстро переодеваюсь в темном углу парковки.
Я нахожу ученого у стола для игры в кости.
Это привлекательный мужчина лет сорока пяти с густыми черными волосами и полными чувственными губами. У него иссушенное солнцем лицо, загорелое, с морщинами, но его это не портит. Он выглядит так, словно выдержал много бурь и вышел из них с честью. У него глубоко посаженные серые глаза, настороженные и внимательные. Он избавился от своего белого халата и сейчас одет в хорошо сшитый, спортивного кроя пиджак. Когда я вхожу, он держит в руке два красных кубика и, мне кажется, про себя уговаривает их слушаться своих команд, как это делают очень многие игроки.
У него не получается выбросить семерку или одиннадцать. Он проигрывает свою ставку, и кости переходят к другому игроку. Я замечаю, что у него на столе была стодолларовая фишка — совсем не мало для ученого на правительственной зарплате. Я удивлена, когда он выкладывает еще сотню. Ее он тоже проигрывает.
Я наблюдаю за ним в течение сорока пяти минут. Он здесь завсегдатай. Один из пит-боссов (надзирателей за игрой) называет его «мистер Кейн», другой — Энди. Значит, Эндрю Кейн, думаю я. Энди продолжает в угрожающем темпе проигрывать, и, когда у него заканчиваются наличные, ему приходится расписаться на квитанции, чтобы получить новые фишки. Но и эти «черные пчелки» быстро улетают, и его энтузиазм обращается в уныние. Я все подсчитала. Он проиграл две тысячи долларов — вот так. Тяжело вздыхая, он покидает игровой стол и, приняв двойной виски в баре, уходит из казино.
Я еду за ним к его дому. Скромное жилье.
Он входит и готовится лечь спать. Утреннее солнце уже освещает небо на востоке, и он гасит у себя свет. Он явно работает в ночную смену. Или генерал вызвал его из-за Джоэла. Интересно, будет ли он подолгу работать в следующие несколько дней. Запомнив адрес, я возвращаюсь к «Миражу». Если это излюбленное место Энди, то я его тоже полюблю.
У меня нет ни кредитных карт, ни наличных, ни документов, но женщина на стойке регистрации, вглядевшись в мои прекрасные голубые глаза, дает мне ключ от номера-люкс.
Из номера я звоню своему главному управляющему в Нью-Йорке. Он говорит спокойно — значит, правительство до него еще не добралось. Разговор у нас короткий.
— Красный код, — говорю я. — Доставьте посылку в отель «Мираж» в Лас-Вегасе. Номер 2134. Немедленно.
— Понял, — говорит он и кладет трубку.
Глава третья