Некоторые из этих народов были хорошими мореплавателями, пиратские корабли саксов под кожаными парусами наводили страх на британских жителей. На смену имевшихся у прибрежных племен челнов, выдолбленных из стволов деревьев, вмещавших тридцать человек, постепенно приходили сколоченные из досок корабли, как у викингов, вмещавшие свыше сотни воинов. Пиратские флотилии вандалов господствовали над западным Средиземноморьем, и в 455 г. они во главе с Гейзерихом поднялись на своих галерах и брандерах вверх по Тибру и подвергли разграблению Рим. Римляне утратили военно-морское превосходство на Средиземном море задолго до того, а принятый в Константинополе закон, запрещавший под страхом смерти обучать варваров кораблестроению, безнадежно запоздал. Между 253-м и 267 гг. готы совершали налеты с моря на Грецию и Малую Азию, и уже тогда Рим пользовался судами, заимствованными в торговых портах восточного Средиземноморья.
Готы первыми из кочевников нанесли империи сокрушительное поражение. Именно они проникли в глубь ее территории и оставили наиболее заметный след в истории военного искусства. Император Валент встретил готов у Адрианополя в 378 г. Имперская армия напала на готов, расположившихся в огромном окруженном повозками лагере. Несмотря на изменившийся характер римской армии и все, что следовало бы усвоить из опыта борьбы с варварами, Валент построил войска по историческому римскому образцу, поставив легионы в центр, а эскадроны наемной конницы на фланги. Получив сообщение, что в лагере находится все войско противника, Валент начал атаку. Но он не знал, что большая часть готской конницы находилась на пастбище. Ее быстро вернули, построили в боевые порядки, и в самый разгар сражения она ударила по левому флангу римлян. Римская конница на левом фланге тотчас распалась, и готы навалились на расположенную в центре пехоту. Правый фланг побежал, и сбившиеся в центре легионы были атакованы слева конницей готов, а по фронту пехотой. Оставленные таким образом на произвол судьбы римские пехотинцы падали там, где стояли, – строй был настолько плотным, что они не могли двинуться.
Ознаменовавшее полную катастрофу Римской империи сражение при Адрианополе также явилось первой победой тяжелой конницы над пехотой, готские всадники первыми переступили порог средневековой войны. Тяжеловооруженный рыцарь с его копьем, его вассалами и характерными особенностями его поведения в бою (благородство и отвага, пышная геральдика) в противовес всей римской пешей традиции ведет свое происхождение от варваров.
Готская конница выросла в такую грозную силу благодаря двум причинам. Во-первых, за время длительной миграции они стали блестящими наездниками. Во-вторых, они владели важной частью конной сбруи – стременем. Только при такой опоре закованный в броню всадник даже при ударе копьем мог усидеть в седле. Стремя, вместе с более крепкими конями, попало в Европу из Азии в I в. н. э. и было принято на вооружение готами. После Адрианополя византийцы стали заимствовать у готов способы ведения боевых действий, и в конце концов императоры отказались от римских пеших легионов. В 590 г. император Маврикий в своем трактате «Искусство войны» особо подчеркивал важность стремени.
В середине V в. Средиземноморье постигло самое ужасное из всех нашествий. Под предводительством могущественного хана Аттилы, «божьего бича», гунны объединились в огромную армию и азиаты пошли войной на европейцев. Если скандинавские и германские варвары вторгались в пределы Римской империи ради овладения ею, то единственной целью гуннов, как и последовавших за ними монголов, как представляется, было разрушение и уничтожение. Военачальник того времени Аммиан Марцеллин так описывает свои впечатления: «Дикостью гунны превосходят всех остальных варваров. Они омерзительно безобразны и до того сгорблены, что их можно принять за каких-то двуногих зверей. Кочуя по широким пространствам, они с младенческих лет привыкают ко всем невзгодам – холоду, голоду, жажде. Каждый мужчина день и ночь проводит на коне, ест и пьет верхом, когда приходит ночь, он наклоняется к холке коня и спит крепким сном. При нападении они иногда вступают в сражение в правильном строю, издавая при этом разнообразные беспорядочные крики. Чаще, однако, они выступают не строем, а быстрыми внезапными маневрами, то рассыпаясь, то быстро собираясь в свободные боевые порядки. Надо признать, что это самые ловкие и проворные воины».