Читаем Кремлевский кукловод «Непотопляемый» Сурков — его боятся больше, чем Президента полностью

Как ни относись к этому факту, но известно, что доверие населения к Путину и так было немалым. А вот о том, что ставя Брежнева на одну доску с Путиным, замазывает он последнего на всю жизнь — не отмоешься, Владислав Юрьевич ввиду своей исторической недальновидности и не подумал.

И понеслось!..

Пропагандисты старались вовсю. Экраны наводнило стилизованное под фильмы застойных времен кино. Политологи оперировали невесть откуда взявшимися цифрами, что экономика времен Брежнева не паразитировала на сталинских процессах индустриализации, а едва ли не была инновационным прорывом в будущее.

Пресек воплощение в жизнь этой странной идеи Суркова сам Путин. Когда 17 октября 2011 года в интервью трем федеральным телеканалам сказал: «Говорят, вернутся скоро брежневские времена, застойные. Во-первых, и в советские времена, и даже в начале 1990-х — я не хочу, чтобы это выглядело как огульная критика — было много и позитивного, но я что-то не припомню, чтобы послевоенное советское руководство, лидеры советские послевоенные так же интенсивно работали, как это делаю я или действующий президент Медведев Дмитрий Анатольевич. Что-то не припомню. <…> Они и не могли — и в силу физического состояния, и в силу непонимания, что надо делать: может быть, и шевелились бы, только не понимали… И не было воли для того чтобы это делать».

Представляю, как ерзал позади телекамер во время выступления босса наш герой. Еще бы! С треском рушилась очередная его политологическая конструкция.

Нет, в иных делах все-таки Владиславу Юрьевичу еще стоит поучиться у старших товарищей. Благо многие из них еще живы.

А сейчас читателя ждет сюрприз. Честно говоря, мне бы очень хотелось, чтобы эффект от него с вами разделил сам герой нашей книги — Владислав Юрьевич Сурков. Ибо, ей-богу, уверен, что гость этой главы должен быть интересен господину Суркову пуще всех остальных. Собственно, только ради встречи с ним я бы на месте Владислава Юрьевича и прочел эту книгу.

Ибо бывший заместитель руководителя отдела пропаганды ЦК КПСС Ричард Иванович Косолапов — вместе с генералом КГБ Филиппом Бобковым, о котором мы уже говорили, — является историческим прототипом заместителя руководителя Администрации Президента Владислава Юрьевича Суркова.

Косолапов — аналог Суркова в советской властной иерархии по линии пропаганды. Его альтер эго по работе со СМИ. Двойник во времени с точки зрения манипуляции историей. Политический предшественник и духовное начало на Старой площади (в Кремле). Недаром у Косолапова с Бобковым Сурков постигал нюансы политических интриг.

Ричард Иванович работал заместителем Александра Яковлева, которого впоследствии нарекли «идеологом перестройки».

Чуете, куда ветер дует? Опять идеолог! Вернее, заместитель идеолога.

Казалось бы, маленькая неувязочка…

Как бы не так!

Владислав Юрьевич — тоже заместитель. Причем вечный. Он всю жизнь работал только заместителем. И у Ходорковского, и у Авена, и у Березовского, и у Путина, и у Медведева. Но, как выясняется, заместитель тоже может быть идеологом. И даже став общепризнанным идеологом, заместителем при этом быть не перестает. Хотя, как и Косолапов, на деле тянет весь пропагандистский воз Кремля.

Вопрос, кстати, не самый праздный: разве за 12 лет беспорочной политической службы Владислав Сурков не заслужил полноценной должности руководителя Администрации Президента России? Вам не обидно, Владислав Юрьевич? Мне было бы обидно. Не считают вас, видать, в Кремле своим, как и говорила Хакамада. Наемный профессионал, и точка.

Впрочем, вернемся к историко-политическим аналогиям. К профессиональной стезе господина Суркова, так сказать.

Ричард Косолапов проработал свои лучшие годы в отделе пропаганды ЦК КПСС во времена застоя при Леониде Ильиче Брежневе. Потом был главным редактором журнала «Коммунист», из которого его выперли во время перестройки, чтобы освободить должность для более политически подкованного главреда — Егора Гайдара. (Какова гримаса истории, а?!) А последнее профессиональное убежище Ричард Иванович нашел на кафедре МГУ в качестве доктора философских наук, откуда и наблюдал удивительные пропагандистские метаморфозы нашего странного времени.

…Кстати, снова удивительное совпадение: Владислава Суркова депутат Чикин назвал «философом». Вряд ли просто так — скорее всего, именно так внутренне себя видит сам Сурков, при этом, правда, не опираясь на научную степень.

Так вот. Казалось бы, плоть от плоти коммунист эпохи Брежнева, Ричард Косолапов должен костьми лечь, но защищать и застой, и его лидера — Леонида Ильича. И уж тем паче обязан аплодировать идее Владислава Юрьевича оживить Брежнева в народных воспоминаниях.

Ан нет! Совсем даже наоборот!

Мы поговорили с Ричардом Ивановичем на тему вырождения советских элит…

Перейти на страницу:

Похожие книги

1941: фатальная ошибка Генштаба
1941: фатальная ошибка Генштаба

Всё ли мы знаем о трагических событиях июня 1941 года? В книге Геннадия Спаськова представлен нетривиальный взгляд на начало Великой Отечественной войны и даны ответы на вопросы:– если Сталин не верил в нападение Гитлера, почему приграничные дивизии Красной армии заняли боевые позиции 18 июня 1941?– кто и зачем 21 июня отвел их от границы на участках главных ударов вермахта?– какую ошибку Генштаба следует считать фатальной, приведшей к поражениям Красной армии в первые месяцы войны?– что случилось со Сталиным вечером 20 июня?– почему рутинный процесс приведения РККА в боеготовность мог ввергнуть СССР в гибельную войну на два фронта?– почему Черчилля затащили в антигитлеровскую коалицию против его воли и кто был истинным врагом Британской империи – Гитлер или Рузвельт?– почему победа над Германией в союзе с СССР и США несла Великобритании гибель как империи и зачем Черчилль готовил бомбардировку СССР 22 июня 1941 года?

Геннадий Николаевич Спаськов

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / Документальное
Былое и думы
Былое и думы

Писатель, мыслитель, революционер, ученый, публицист, основатель русского бесцензурного книгопечатания, родоначальник политической эмиграции в России Александр Иванович Герцен (Искандер) почти шестнадцать лет работал над своим главным произведением – автобиографическим романом «Былое и думы». Сам автор называл эту книгу исповедью, «по поводу которой собрались… там-сям остановленные мысли из дум». Но в действительности, Герцен, проявив художественное дарование, глубину мысли, тонкий психологический анализ, создал настоящую энциклопедию, отражающую быт, нравы, общественную, литературную и политическую жизнь России середины ХIХ века.Роман «Былое и думы» – зеркало жизни человека и общества, – признан шедевром мировой мемуарной литературы.В книгу вошли избранные главы из романа.

Александр Иванович Герцен , Владимир Львович Гопман

Биографии и Мемуары / Публицистика / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза
13 отставок Лужкова
13 отставок Лужкова

За 18 лет 3 месяца и 22 дня в должности московского мэра Юрий Лужков пережил двух президентов и с десяток премьер-министров, сам был кандидатом в президенты и премьеры, поучаствовал в создании двух партий. И, надо отдать ему должное, всегда имел собственное мнение, а поэтому конфликтовал со всеми политическими тяжеловесами – от Коржакова и Чубайса до Путина и Медведева. Трижды обещал уйти в отставку – и не ушел. Его грозились уволить гораздо чаще – и не смогли. Наконец президент Медведев отрешил Лужкова от должности с самой жесткой формулировкой из возможных – «в связи с утратой доверия».Почему до сентября 2010 года Лужкова никому не удавалось свергнуть? Как этот неуемный строитель, писатель, пчеловод и изобретатель столько раз выходил сухим из воды, оставив в истории Москвы целую эпоху своего имени? И что переполнило чашу кремлевского терпения, положив этой эпохе конец? Об этом книга «13 отставок Лужкова».

Александр Соловьев , Валерия Т Башкирова , Валерия Т. Башкирова

Политика / Образование и наука / Документальное / Публицистика