Читаем Крещённые небом полностью

Родился Дмитрий 21 февраля 1969 года в городе Москве, жил в историческом районе Хамовники. Отец, полковник Бурдяев Юрий Дмитриевич, много лет прослужил по линии контрразведки в структуре КГБ СССР.

Пожалуй, ни у кого из сотрудников «Альфы» (за исключением Виктора Шатских) не было в ближайшей родне такого количества военных и сотрудников госбезопасности, как у Дмитрия Бурдяева — что со стороны отца, что по материнской линии. Странно, если бы при такой «генетике» он посвятил бы себя какой-нибудь мирной профессии.

Рассказывает мама, Елена Васильевна:

— Как воин, Дима сформировался на наших семейных историях и разговорах, которые он, как губка, впитывал в себя. Любил петь военные песни, живо представлял себя солдатом, офицером. С детства хорошо плавал, увлекся конным спортом, — мы ездили в Битцу, где Дима не только учился ездить верхом, но и ухаживал за лошадьми. Рано научился читать — причем читал бегло, поразительно быстро. Помню, в третьем классе за несколько дней он проглотил «Три мушкетера» Александра Дюма.

Книги по истории спецслужб и о разведчиках Дима читал запоем. А еще сам писал повести на военную тематику, в которых фигурировали два основных персонажа — Макаров и Орлов. У нас дома сохранились тетрадки с этой его мальчишеской прозой. После школы сын хотел поступить во Львовское Высшее военнополитическое училище, стать военным журналистом. Однако он был патриотом Москвы, а потому не захотел на длительный срок уезжать в другие края.

В 1986 году Бурдяев окончил среднюю школу № 168, находившуюся на Фрунзенском валу (с сентября 2012 она прекратила самостоятельное существование), затем работал электромонтажником. Срочную службу проходил в частях ВДВ — в Туле, Вышнем Волочке… Его специализация была связана с минно-подрывным делом, и он даже получил контузию, о чем, впрочем, предпочитал не распространяться, щадя нервы родителей.

Демобилизовавшись, Дмитрий получил направление на годичные «Курсы подготовки оперативного состава» на Охте (401-я школа), которая готовила сотрудников наружного наблюдения. После был принят на работу в Седьмое управление КГБ СССР.

Сотрудники «семерки» основательно «попортили кровь» зарубежным спецслужбам и, выявляя иностранную агентуру и ее контакты, являлись настоящими пахарями контрразведки. Вот почему Группа «А», созданная летом 1974 года, была включена в состав именно этого управления, одного из наиболее закрытых в Комитете.

— У Дмитрия было страстное, хочу это особо подчеркнуть, желание попасть именно в Группу «А», — говорит Герой Советского Союза Геннадий Николаевич Зайцев. — И по этому поводу ко мне неоднократно обращался Юрий Дмитриевич, мы были с ним знакомы. В феврале 1995 года это стремление было реализовано.

Согласно официальной характеристике, за период службы в спец-подразделении «А» Дмитрий Бурдяев зарекомендовал себя дисциплинированным и исполнительным офицером. Будучи снайпером, он стремился к повышению профессионального мастерства и с высокой ответственностью относился к профессии спецназовца.

…Небольшое отступление. Во всем мире стрелки делятся на две категории: армейские снайперы и полицейские. Армейские — это понятно: «простая» работа в условиях войны, как правило, на длинных дистанциях. Полицейский снайпер действует на коротких дистанциях, когда, случается, из толпы необходимо выделить одного человека и поразить его.

Но существует и третья категория — снайперы антитеррора, которые работают на всех дистанциях, во всех условиях, стреляют из разных положений, хоть вверх ногами, — без выбора. И психологически они должны быть более устойчивы, чем армейские или полицейские стрелки: ведь им надо знать, как поведет себя не только террорист, но и как поведет себя пуля, уже поразившая цель. Вдруг она отрикошетит и попадет в заложника? Или, если операция проводится в пассажирском самолете, угодит в баллон с кислородом, что приведет к взрыву. Армейцу знать все эти премудрости совсем не обязательно.

Стреляет такой снайпер нечасто, очень нечасто — во много раз реже, чем в крутых фильмах…

Всеми перечисленными качествами, необходимыми для снайпера антитеррора, обладал Дмитрий Бурдяев. Его наставником в Группе «А» являлся подполковник Денисов Василий Николаевич, имевший за плечами «боевую стажировку» в Афганистане и уникальный опыт многих специальных операций.

За четыре месяца до событий в Будённовске у Дмитрия родился сын Василий. Сейчас он уже учится в одиннадцатом классе и выбирает свой жизненный путь.

Со своей избранницей Дмитрий прожил совсем немного. Они поженились 20 мая 1994 года, за полгода до начала полномасштабной войны на Северном Кавказе. Елена — выпускница педагогического института, учитель русского языка и литературы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Разведка и Кремль. Записки нежелательного свидетеля
Разведка и Кремль. Записки нежелательного свидетеля

Почти четверть века назад, сначала на Западе, а затем и в России была опубликована книга гроссмейстера сталинской политической разведки Павла Судоплатова «Разведка и Кремль. Записки нежелательного свидетеля». Это произведение сразу же стало бестселлером. Что и не удивительно, ведь автор – единственный из руководителей самостоятельных центров военной и внешнеполитической разведки Советского Союза сталинской эпохи, кто оставил подробные воспоминая. В новом юбилейном коллекционном издании книги «Разведка и Кремль» – подробный и откровенный рассказ Павла Судоплатова «о противоборстве спецслужб и зигзагов во внутренней и внешней политике Кремля в период 1930–1950 годов» разворачивается на фоне фотодокументов того времени. Портреты сотрудников и агентов советских спецслужб (многие из которых публикуются впервые); фотографии мест, где произошли описанные в книге события; уникальные снимки, где запечатлены результаты деятельности советской разведки – все это позволяет по-новому взглянуть на происходящие тогда события.

Павел Анатольевич Судоплатов

Детективы / Военное дело / Спецслужбы
Очерки истории российской внешней разведки. Том 5
Очерки истории российской внешней разведки. Том 5

Пятый том посвящен работе «легальных» и нелегальных резидентур и биографиям известных разведчиков, действовавших в 1945–1965 годах. Деятельность разведки в эти годы была нацелена на обеспечение мирных условий для послевоенного развития страны, недопущение перерастания холодной войны в третью мировую войну, помощь народно-освободительным движениям в колониальных странах в их борьбе за независимость. Российская разведка в эти годы продолжала отслеживать планы и намерения ведущих капиталистических стран по изменению в свою пользу соотношения сил в мире, содействовала преодолению монополии США на ядерное оружие и научно-техническому прогрессу нашей страны. В приложении к тому публикуются рассекреченные документы из архива внешней разведки.

Евгений Максимович Примаков

Детективы / Военное дело / История / Спецслужбы / Образование и наука
Восстань и убей первым
Восстань и убей первым

Израильские спецслужбы – одна из самых секретных организаций на земле, что обеспечивается сложной системой законов и инструкций, строгой военной цензурой, запугиванием, допросами и уголовным преследованием журналистов и их источников, равно как и солидарностью и лояльностью личного состава. До того, как Ронен Бергман предпринял журналистское расследование, результатом которого стал этот монументальный труд, все попытки заглянуть за кулисы драматических событий, в которых одну из главных ролей играл Израиль, были в лучшем случае эпизодическими. Ни одно из тысяч интервью, на которых основана эта книга, данных самыми разными людьми, от политических лидеров и руководителей спецслужб до простых оперативников, никогда не получало одобрения военной элиты Израиля, и ни один из тысяч документов, которые этими людьми были переданы Бергману, не были разрешены к обнародованию. Огромное количество прежде засекреченных данных публикуются впервые. Книга вошла в список бестселлеров газеты New York Times, а также в список 10 лучших книг New York Times, названа в числе лучших книг года изданиями New York Times Book Review, BBC History Magazine, Mother Jones, Kirkus Reviews, завоевала премию National Jewish Book Award (History).

Ронен Бергман

Военное дело