Фельдфебель покачнулся. Лицо его превратилось в кровавую маску, изо рта хлынула кровь, и он упал на спину. Офицер подошел к нему и выстрелил еще раз – на всякий случай.
Убрав пистолет в кобуру, он проговорил вполголоса, печально и значительно:
– Родина и вас не забудет!
В двадцать вторую палату вошла санитарка со стопкой чистого белья, подошла к пустой кровати.
– А эта койка освободилась, что ли? – вскинулась похожая на облезлую ворону черноволосая женщина в гипсовом ошейнике.
– Освободилась, освободилась! – охотно сообщила санитарка. – Соседку вашу в платную палату перевели.
– Я ее койку займу! Там удобнее, ближе к окну.
– Да какую хочешь занимай, мне без разницы! Только тогда сама белье перестилай.
– Без проблем! – Черноволосая особа переложила свою постель на освободившуюся кровать. При этом она забыла поменять оставшуюся на спинке кровати табличку с именем пациентки.
Санитарка вышла из палаты и дернула ручку на двери небольшой кладовки, которая располагалась между двумя палатами – шестнадцатой и семнадцатой. Дверь не открылась, потому что в кладовке сидел тип в твидовой куртке и держал дверь изнутри.
– Опять ключ куда-то задевали! – проворчала санитарка и ушла.
Тип за дверью перевел дух.
В хирургическом отделении наступила тишина.
Врачи и медсестры давно ушли по домам, осталась только сестричка на дежурном посту, которая клевала носом над журналом назначений. Последние пациенты, смотревшие вечернюю программу по телевизору, давно разошлись по палатам.
В это время возле двери шестнадцатой палаты появился крупный, немного сутуловатый мужчина в твидовой куртке горчичного цвета. Он потянулся, расправляя затекшие руки и ноги, и тряхнул головой. Затем, стараясь не шуметь, подкрался к двери палаты и проскользнул внутрь.
Обитательницы палаты спали. Полная женщина средних лет время от времени всхрапывала, девушка с гипсом на руке что-то неразборчиво пролепетала во сне и повернулась на бок. Худая черноволосая женщина дышала ровно.
При свете слабенькой дежурной лампы мужчина обследовал таблички на спинках кроватей, нашел нужную и, наклонившись над ней, закрыл ладонью рот лежащей на ней женщине.
Та вздрогнула, открыла глаза и, замычав, забилась, пытаясь высвободиться.
– Лежи тихо, а то придушу! – прошипел мужчина ей в ухо. – Поняла? Если поняла – мигни!
Женщина мигнула и испуганно замолчала.
– Вот так-то лучше. Теперь вставай, только тихо! Зашумишь – убью! Поняла? Вижу, что поняла!
Брюнетка, тяжело дыша, спустила ноги с кровати, нашарила тапки, встала. Мужчина провел ее к двери санузла, втолкнул внутрь, вошел следом и притворил дверь.
– Кто вы? – прошептала брюнетка, разглядывая ночного гостя.
Голова ее торчала из широкого гипсового ошейника, и казалось, будто она лежит на блюде, напоминая картину средневекового художника «Юдифь с головой Олоферна». Только вместо красавицы Юдифи над головой нависал малопривлекательный мужчина в твидовой куртке.
– А тебе не все равно?
– Что вам от меня нужно?
– Мне нужно, чтобы ты мне рассказала, где спрятано сама знаешь что! Расскажешь – и я уйду, а если не расскажешь… ну, лучше тебе все рассказать! – Мужчина достал из кармана куртки складной нож, выдвинул из него лезвие.
Женщина прищурилась, отчего еще больше стала похожа на ворону, и проговорила:
– А у тебя закурить не найдется? За сигарету я тебе все, что хочешь расскажу!
– Закурить? – мужчина усмехнулся. – Это можно!
Он достал пачку сигарет, выщелкнул одну, дал прикурить.
– Еще одну можно? Про запас…
– Сперва расскажи, что я прошу, тогда забирай всю пачку.
Женщина затянулась, лицо ее расцвело от удовольствия и даже помолодело.
– Так что тебе нужно? – проговорила она, разглядывая мужчину сквозь клубы дыма.
– Я тебе уже сказал! – ответил тот, определенно теряя терпение. – Где оно спрятано?
– Что – оно? – переспросила женщина и перевела взгляд на дверь за спиной ночного гостя.
– Вот только не надо меня злить! – прошипел тот. – Ты знаешь, что я ищу!
– Ах, это… – и вдруг женщина ткнула собеседника горящей сигаретой в лицо.
Целила она в глаз, но тот успел инстинктивно отшатнуться, и сигарета попала в щеку. Тем не менее мужчина вскрикнул от боли и неожиданности. В ту же секунду дверь санузла широко распахнулась, на пороге возникла девица в детской пижаме с зайчиками и кошечками, с наложенным на руку гипсом. Этим самым гипсом она со всего размаху приложила мужчину по голове. Мужчина охнул и без чувств свалился на кафельный пол, между унитазом и душевой кабинкой.
– Круто я его! – проговорила девица, стоя над поверженным врагом. Глаза ее сияли. – А кто это вообще такой? Чего ему было нужно?
– Понятия не имею! – ответила облезлая брюнетка и с наслаждением затянулась сигаретой.
Затем спохватилась, наклонилась над незнакомцем и ловким движением извлекла из его кармана пачку сигарет.
– Это ты правильно! – одобрительно проговорила девица, проследив за ее действиями. – Зачем добру зря пропадать?
Она тоже наклонилась над неподвижным мужчиной, обшарила его карманы и вытащила бумажник.
– Ты что? – забеспокоилась брюнетка. – Это нехорошо… нельзя так…