Тетя Валя достала из папки, которую принесла на кухню, несколько написанных по-шведски и по-английски бумаг и показала, где подписать. Пробежав глазами текст, Лиза поставила свои подписи и, вздохнув, покачала головой.
– Да ты не думай, я остановилась в отеле. Перед глазами твоими маячить не буду. Но ты не сказала главного… – чуть спокойнее начала тетя Валя.
– А что главное? Люблю ли я Карла? – тихо сказала Лиза, глядя в окно. – Думай, что не люблю, если тебе так станет легче.
– Да при чем здесь любовь! – возмутилась тетя Валя.
– А что же тогда главное?
– Ты где жить после развода собираешься? В Швеции или здесь? Я думаю, что тебе здесь лучше будет. С папой-мамой. А где, кстати, мама? – продолжала наступать тетя Валя.
– Отец мертв, а мама в больнице. Она еще не знает, что папы нет в живых… – холодно и отстраненно вымолвила Лиза и посмотрела в глаза тете Вале. Та побледнела и застыла.
Лиза встала из-за стола и направилась в ванную комнату. Она больше не могла сдержать слез.
– Прости, Лиза. Прости, я же не знала! Почему ты сразу мне не сказала?! – закричала тетя Валя, подходя к двери ванной и стараясь перекричать шум воды.
Постояв еще немного, она сказала:
– Ну, я тогда пойду! А то меня ждут.
У Лизы не было сил даже выйти ее проводить. После лекарства, которым усыпил ее Виктор, она чувствовала упадок сил, а тут еще этот визит тети, развод… и нужно поскорее ехать к маме, чтобы она не волновалась хотя бы насчет ее, Лизы.
Лиза вышла из ванной лишь тогда, когда хлопнула входная дверь. Она думала, что это ушла тетя, однако, выйдя в коридор, увидела, что тетя Валя бледная и потерянная стоит у стены, а в прихожей, тихие, скорбные, застыли мама, которую поддерживает генерал Потапчук, и вся семья Лепкиных.
– Лиза, слава богу, ты дома! – всплеснула руками Валентина Генриховна.
– Лиза, помоги маме пройти в комнату, – попросил Потапчук.
Мама села, потом прилегла на кровать и уснула.
Когда Лиза вышла в прихожую, чтобы выключить свет, тети Вали там уже не было.
– Она уже знает? – спросила Лиза, кивнув в сторону маминой спальни.
Потапчук только кивнул.
– А где ты пропала? Мы чуть с ума не сошли, когда поняли, что тебя нет, – сказала Валентина Генриховна.
– Это отдельная история, – покачала головой Лиза.
– Это Виктор? – спросил Потапчук.
– Да, – подтвердила Лиза и тут же поспешила сказать: – Отца он не убивал, у отца почку вырезали, и он умер. А Виктор боялся, что на него подумают, поэтому закопал его тело…
– Суд разберется, – строго сказал Потапчук и спросил: – Где он теперь?
– В деревне Корешки, в Подмосковье, – ответила Лиза.
– Странно… – покачал головой Потапчук. – Там дом его матери. Я посылал туда своих людей, они с соседями говорили, но никто его не видел…
– Он в доме у соседки, Михайловны. Я вколола ему снотворное. Он спит, – проговорила Лиза.
Потапчук тут же вышел в прихожую и, позвонив кому-то, назвал адрес:
– Деревня Корешки, вы там уже были. Он у соседки его матери, Михайловны. Ему введено снотворное, но он в любую минуту может проснуться. Вооружен. Опасен. Брать живым. Михайловну эту тоже везите.
Лиза между тем собралась с силами, заварила кому чай, кому кофе.
Потапчук, вернувшись, не стал садиться за стол, подошел к окну и сказал:
– Как же ты нас всех напугала, Лиза! А если бы все закончилось иначе?
– Да, я прошу прощения. Я виновата. Очень виновата, – потупилась Лиза и спросила: – А где Глеб?
– Глеб далеко, – сказал Потапчук, – но именно он догадался, что ты можешь отправиться на свидание к Виктору, который сбежал из больницы.
– А как же без него… вы тело отца… – начала Лиза.
– Все уже сделано. Завтра похороны, – сказал Потапчук. – Главное сейчас поддержать мать. Ты на сколько сможешь остаться в Москве?
– Навсегда, – спокойно сказала Лиза. – Я больше не поеду в Швецию. Для меня тоже сейчас главное – это мама.
– Да, это хорошая новость, – кивнул Потапчук. – Я у тебя не спрашиваю почему. Об этом поговорим потом. А сейчас ты остаешься с матерью. Скоро подъедут врач и медсестра. Сделай все, чтобы мать переключилась на твои проблемы, убеди ее в том, что она тебе нужна. А я поеду заниматься похоронами.
– Мы тоже поедем, – сказали Лепкины, поднимаясь с места. – Если что, обязательно звони.
Лиза кивнула и тихо спросила:
– А где тело отца? Вы его привезли?
– Тело отца в морге, – сказал Потапчук и добавил: – А привезли мы не одно, а два тела. Там еще мужчина один погиб, из сталкеров. Его рядом недавно закопали. Сейчас разыскиваем родственников. Хотя те, кто уходит в Зону, как правило, никому не нужны. Или, во всяком случае, они так думают, что они никому не нужны ни при жизни, ни после смерти.
Заперев входную дверь, Лиза заглянула к маме в комнату, потом вернулась на кухню и начала убирать. Она не включала ни телевизор, ни радио, посуду помыла очень быстро и снова заглянула к матери. Она очень боялась, что не услышит, как мама проснется и будет ее звать.