Во-вторых, даже в странах-лидерах технологических прорывов перспективы развития все более проблематичны. Главной проблемой в этом плане становится так называемый эффект вытеснения инвестиций. Правительства все более активно внедряются на рынок капиталов, выстраивая многомиллиардные (и даже многотриллионные) пирамиды государственного долга. Однако доллар, отданный государству (пусть даже в кредит), уже не может быть использован для инвестиции в развитие исследований и разработок. Государство (российское в том числе) вытесняет деньги из инвестиционного сектора под предлогом осуществления важнейших социальных и военных расходов. А бизнес на этом фоне постепенно теряет динамизм. Зачем рисковать? Зачем изобретать? Зачем мучиться со сложными проектами? Ведь можно легко зарабатывать, ничего не делая. Одолжишь деньги правительству, а потом получишь обратно с процентом.
Власти думают не о глобальных перспективах своей страны, а о собственных краткосрочных интересах. Именно так обстоит дело в современной России, и именно в этом кроется важнейшая причина кризисной ситуации, которая сложилась у нас в последнее время.
Возникновение таких проблем, скорее всего, не остановит технический прогресс. Однако наверняка притормозит. Большие пирамиды госдолга (в том числе американского) — явный признак того, что разработка и внедрение многих изобретений будет отложена на годы. Получается, что деятельность властей не столько способствует технологическим прорывам, сколько препятствует им. Темпы экономических изменений будут зависеть от того, сможет ли общество в XXI веке найти подходы к решению этой проблемы.
А есть ли в мире возможности для дальнейшего расширения рынков? Здесь, думается, перспективы для развития наиболее благоприятны. Производства активно выносятся в развивающиеся страны. Сначала это были отсталые европейские государства и латиноамериканская периферия христианского мира. Затем прорыв осуществили «драконы юго-восточной Азии». Наконец, всемирной мастерской стал Китай. Рядом с ним — Индия, Индонезия, Турция, Малайзия. Впереди подключение к процессу глобализации множества африканских стран.
Мы обычно обращаем внимание на то, как данный процесс формирует новые производительные регионы. Но следует иметь в виду и другое. Процесс выноса производства из развитых стран в развивающиеся формирует на «окраинах мира» емкий рынок для потребления товаров. Люди выбираются в города из деревень, где жили почти натуральным хозяйством. Получают зарплату, пусть небольшую, но достаточную для того, чтобы начать покупать дешевую продукцию собственных предприятий, а также тех предприятий, которые расположены по соседству. Рост рынка стимулирует переселение в города все новых и новых жителей. Натуральное хозяйство уступает место товарному.
Конечно, у процесса глобализации много противников. К ним относятся идейные антиглобалисты, не признающие выгод рынка, левые радикалы, борющиеся за сохранение природной среды, европейские и американские правые, стремящиеся сохранить рабочие места в своих странах, а также коррумпированные верхушки развивающихся государств, грабящие бизнес и создающие тем самым препятствия для его развития. Однако опыт последних десятилетий показывает, что группы, заинтересованные в глобализации, пока сильнее. Слишком уж много выгод несет этот процесс миллионам людей, начиная с собственников крупных американских компаний и заканчивая жителями отдаленных китайских деревень.
А есть ли в мире возможности для укрепления социалистических начал и перераспределения ВВП в пользу бедных?
В развитых странах они практически полностью исчерпаны. Наоборот, для выживания экономики им, возможно, придется сворачивать часть программ, создававших в свое время общества потребления. Однако развивающиеся страны, в которых сегодня обычно господствует «дикий капитализм», постепенно начнут двигаться по тому пути, который проложили развитые страны во второй половине XX века. В Китае и других государствах «всемирной мастерской» люди вскоре перестанут радоваться тому, что выбрались из деревни и получили зарплату в городе. Они начнут требовать непрерывного роста реальных доходов. Для поддержания социальной стабильности развивающихся стран государствам придется все больше перераспределять ВВП в пользу бедных, и это сформирует там емкие внутренние рынки, которые станут серьезной базой для укрепления мировой экономики.
Таким образом, технологические прорывы — дело развитых стран, а расширение рынков (в том числе посредством перераспределения благ) — дело стран развивающихся. Что же касается сегодняшней России, то она, похоже, оказывается ни там, ни там. Осуществлению прорывов мешает хищническое государство, а расширение социализма может окончательно добить бизнес.