После клуба «Кровавые» проследили за нашей компанией. Мои друзья уехали на ночном автобусе, а я жил недалеко и потащился пешком. Завернул в круглосуточный супермаркет на Клэпхем-роуд, купил сигареты и, сам не знаю зачем, – упаковку пива. Оно в моем состоянии точно не требовалось. Было часа четыре утра, и я, наверное, и держаться-то прямо не мог. И все же зашел в магазин, расплатился наличными и поплелся домой. Я их не видел, но, должно быть, они шли по пятам, потому что, если судить по записи с видеокамеры магазина, «я вернулся» две минуты спустя с поднятым капюшоном и в маске.
На записи парень в самом деле смахивает на меня. Однако, как я заявил в суде, шагал он гораздо увереннее. Я был слишком пьян, чтобы так маневрировать между корзинами с уцененкой и одновременно доставать из заднего кармана нож.
Я понятия ни о чем не имел, пока два дня спустя меня не арестовали на работе…
«Кровавые» заставили девчонку на кассе открыть сейф. Там было четыре с половиной тысячи. Не дураки (или просто опытные) – говорили только самое необходимое, и, когда она давала показания, вспоминать ей было почти нечего. Кроме ножа, которым размахивали у нее перед носом.
Я «был» на видеозаписи, и у меня раньше случались проблемы с полицией. Вот и повязали. Предъявили обвинение, под залог не выпустили. Адвокат взялся за дело, потому что оно его заинтересовало и он был уверен в единственном свидетеле, девчонке-кассирше. Но «Кровавые» и до нее добрались. Мы думали, она скажет на суде, что парень, который пришел позже, совсем на меня не похож. И что она раньше видела меня в магазине, и я вел себя прилично, не пытался ничего украсть.
А она указала на меня через весь зал и заявила, что это был я. Такой кошмар, не описать. Я видел, как меняются лица присяжных, и ничего не мог поделать. Пытался встать и что-то возразить, но судья заорал: «Вам никто не давал слова!» Его мне в общем-то так и не дали. Когда дошло до вопросов, присяжные уже все решили.