– Молодец, только выброси из головы всю эту средневековую ахинею. Мы не родственники, Витя, хотя и братья. Рюрик не Меровинг, а Меровинги не потомки Христа. А Христос, ты уж извини меня – я никого обидеть не хочу, – но он не был потомком Давида. Царский род это царский род, и в первом веке люди – много людей, Витя, – еще четко знали, кто и от кого родился. И Ирод знал, потому и бесился, но сделать ничего не мог. Найти не мог. А искал он, как ты верно отметил, именно моего предка. – Макс усмехнулся: – Такие дела.
– Ну и какие у нас теперь дела? – Виктор прекрасно знал все, о чем только что сказал Макс, и спорить по этому поводу не собирался. Тем более что он знал и кое-что еще, чего, скорее всего, Макс не знал. Но не все пряники сразу, а то сахар поднимется.
– К нам хода нет, увы, – сказал Макс. Но расстроенным он не выглядел. Напротив, Виктор чувствовал, что Макс чрезвычайно доволен состоявшейся беседой и скрывать этого не пытается.
– Но, – Макс поднял вверх указательный палец, – тут есть одна хитрая дверка, к которой у нас, похоже, есть ключик.
Он аккуратно коснулся груди, где у него под одеждой висела «Медуза». Или правильнее – Магендовид?
– Из Венеции в Амстердам, – уточнил Макс. – В Утопию…
– Даже так… А из Утопии мы дорожку знаем, не так ли?
– Именно так! – улыбнулся Макс. – Выезжаем послезавтра. Нас перебросят в Венецию на яхте, ну а дальше… Дальше уж сами как-нибудь.
– Как-нибудь, – эхом отозвался Виктор. – Как-нибудь.
Конец третьей книги