Грехем: Скажешь тоже! Барри, не будь сволочью, дай Весли сигарету.
Норман: Не везет тебе, Грег!
Кевин: Не в везении дело, нужно только быть там, где не надо не в тот момент.
Грег: Да, не везет — вот в чем вопрос.
Кевин: Ошибочка. Вопрос в оценке ситуации.
Барри: Стойте, мужики…, всегда одна и та же история, каждый субботний вечер. Кадрим телок, нарываемся на драку, кайф на всю катушку… жарко по максимуму… А потом спокойненько к дому, в теплую постельку к женушке, которую уже и не трахаем…, надо сказать, что нализавшись в стельку, что мы можем-то!!!
Кевин: Ты становишься настоящим старым козлом! Заметь, ты прав. Посмотри на нас! После 25 лет каторжного труда, вкалывали ведь как чокнутые почти задаром причем и вот теперь наливаемся пивом в баре! Да, товар не первой свежести.
Барри: Что это с тобой? Сходишь с круга? Выдохся? Безработица тебя в голову стукнула?
Грехем: У тебя что, не стоит больше?
Кевин: Блин, нюни-то распустил!
Грехем: Да пошел ты, Кев!
Грег: А может он и прав. Эти дурацкие игры нам уже не по возрасту.
Кевин: Мы больше и не существуем, с этой чертовой безработицей, которая приклеилась к нам как клей «Момент». Нет работы, нет и баб, ничего больше нет!.. Вышли мы из моды.
Грехем: На слом!
Грег: Да заткнитесь вы, достали в конце-то концов! Мне тоже это все надоело. Я тоже опустился ниже некуда как и вы, у меня тоже ни копья… Мне, думаете, не противно быть без работы, тошно ведь! Да, я хочу выбраться из этой ямы, но хватит ныть-то! Мы же не глупее других в конце концов!
Норман: Это ты обо мне что-ли?
Грег: Да нет!
Грехем: Ты уже слышал о приличной работе в этих краях? Пойду за другой кружкой.
Барри: Вы знаете анекдот про негра, который входит в бар и говорит бармену…
Грехем: Тебе еще пива принести, ГРЕГ?
Грег: Нет, спасибо…
Кевин: Ты нам его уже двадцать раз рассказал, анекдот твой.
Барри: КЕВИН, ну что ты правда?
Кевин: Ну что я. что?
Барри: Знаешь, с тех пор, как ты женился, ты забыл, что такое настоящая дружба. Ты или перебарщиваешь с сексом или наоборот…
Весли: Как там Дениза? И золовка твоя, как ее зовут?
Барри: Нанет.
Грехем: Хм, Нанет — онанистам всем привет!
Барри: Она на меня страх наводит, блин. Пару дней назад, сидим себе дома с Денизой, спокойненько так, перед телевизором и тут заваливает она, «дестрой» по максимуму, юбка разорвана, в одной туфле! Мы уж подумали, что ее изнасиловать пытались, ан нет: колесо, говорит у нее спустило. Я-то проехал, я и не врезался, пока Дениза, которую дурой не назовешь, намекнула мне, что у сестрицы ее ни машины нет ни прав. Как ей удалось спустить колесо — Бог знает!
Все: Ну и как?
Кевин: Так что же произошло?
Барри: Дениза отвела ее на кухню, влепила ей пару затрещин и выяснила, в чем было дело.
Кевин: Ну выкладывай наконец, что было-то?
Барри: Ничего.
Кевин: Как это ничего…
Барри: Дениза мне ничего не стала объяснять…
Грехем: Дурацкая история!
Барри: Ну вы же знаете этих баб… Она поклялась Нанет, что никому ничего не расскажет.
Весли: Мне больше нравятся твои истории про негров.
Грег: Глядите-ка, старики, предложения о работе.
Кевин
Весли: Ты, вероятно, имеешь в виду гарантии, которые ты себе отыскал в твоей богадельне, вынося вонючие горшки..
Кевин: Дай-ка глянуть, я отыщу тебе работенку…
Барри: «Церковь евангелистов ищет музыканта, искренне верующего в Бога…» Нет, мне хотелось бы чего-нибудь посолиднее.
Кевин: А вот, кстати, и объявление, для тех, кто готов на все. Смотрите, ни фига себе — «мужской стриптиз». «Чиппендейлы». «Только для дам. Сегодня вечером в Палладиуме. „Ladie’s nights“ Вход 200 баксов.» Такие бабки, чтобы глядеть как голые педики яйцами трясут?
Барри: Я о них уже слышал. Дениза как-то ходила со своими подружками с работы смотреть на этих чиппендейлов. Она рассказывала, что ее сучки словно с цепи сорвались. Невозможно было удержать на месте.
Кевин: А Дениза, конечно, сидела как сама невинность…
Барри: Заткнись!
Грег: Дай взглянуть.