Но вообще-то даже хорошо, что из того свидания ничего не вышло. В тридцать пять лет я все еще молод, и моя жизнь полна возможностей. Пусть сегодня беру интервью у второразрядных знаменитостей, но когда-нибудь стану говорить с президентами и королями, возможно, даже буду работать в одной из национальных телесетей. А вот у Мэдди Шварц, которой скоро исполнится сорок, никаких перспектив.
Мэдди
Январь 1966 года
Только когда ювелир вставил в глаз лупу, Мэдди осознала, что мысленно она уже потратила деньги, которые получит от продажи помолвочного кольца. Сколько он заплатит? Тысячу? Может, даже две?
Ей нужно много. В новой квартире две спальни, но обставлена она скудно. Она предполагала, что Сет переедет к ней. Но он отказался, заявив, что предпочитает остаться с отцом, в Пайксвилле, рядом с друзьями и школой. Даже когда она предложила отвозить его в школу на своей машине, он все равно отказался. Надо полагать, дело рук Милтона. Мэдди утешала себя тем, что жить дома ее сыну остается всего два года.
Но если бы предвидеть, что Сет не захочет переехать, она бы выбрала квартиру с одной спальней в более приличном районе. И тогда бы у нее был телефон, хотя отсутствие телефона не такая уж и трагедия. Это значит, что мать не может звонить каждый день, чтобы поговорить о будущем и о том, что Тэтти Моргенштерн неизменно называла
Больше всего бесило то, что мать права. Все в ее новой жизни, жизни без Милтона, было меньше и хуже. Съемная квартира выглядела неплохо, но оказалось, что Джист-авеню, хотя она находилась с нужной стороны от Нортерн-Паркуэй, нельзя назвать приличным районом. Домовладелец уговорил встретиться днем, после полудня, когда вокруг безлюдно и тихо. В это время дня квартира напомнила Мэдди объемную версию картин Пауля Клее[22] – теплый свет зимнего солнца нарисовал на пустом пространстве деревянного пола золотые квадраты и красиво блестел на крошечных розовато-голубых плитках в ванной. Тогда она видела только очертания и свет, пространство и перспективу.
И только начав перевозить свои вещи, обнаружила, что, хотя квартира и недурна, район, в котором она находится, является
Узнав ее новый адрес, Милтон заявил, что Сет вообще не может наносить ей визиты, во всяком случае с ночевкой. И сказал, что, если ей хочется, она может проводить выходные с Сетом в их старом доме, а он, Милтон, будет на это время уезжать, чтобы мать и сын могли пообщаться вдвоем. Благородный жест, но Мэдди гадала, не начал ли Милтон встречаться с какой-то женщиной. Эта мысль вызывала у нее досаду, но она утешала себя тем, что появление в его жизни новой женщины – это, вероятно, единственное, что может убедить Милтона перестать противиться разводу.
Она так наклонилась над витриной, что от дыхания на стекле начали появляться облачка конденсата.
– Вы покупали его не здесь? – В устах ювелира это прозвучало как вопрос, но ведь она уже сообщила ему это.
– Нет, в центре города. По-моему, этот магазин закрылся – он назывался «У Штейнера».
– Да, помню. Очень модное было место. Много тратили на убранство. Мы здесь стремимся к простоте. Я всегда говорю своим сотрудникам: в ювелирном магазине блистать должны изделия, и больше ничего. Если они хорошего качества, то нет необходимости выставлять их на бархате. Или находиться в центре города, где высока арендная плата и нет парковочных мест. Возможно, «У Вайнштейна» и не самый фешенебельный магазин, но мы-то не закрылись, и, как по мне, это уже хорошо.
– Значит, мое кольцо…