В свете недавних событий Майкл испытывал благодарность и за почти всегда. Можно сказать, что приобретенный им суровый опыт научил его больше ценить все на свете. Мороженое казалось слаще, шутки - смешнее, аромат духов Джилли - сексуальнее.
Но то, что она стала другой, что изменилась в чем-то главном, ее беспокоило, и Майкл не знал, как этому помочь, как исправить.
– И ты меня любишь по-прежнему? Майкл привлек ее к себе.
– По-прежнему и всегда.
– Несмотря на то, что я… изменилась? Прошлой осенью оба они потеряли часть себя - Джиллиан буквально, а Майкл, скорее, в переносном смысле. Предрассудки. Ожидания. Амбиции. Майкл пришел к выводу, что жизнь не сводится к попыткам избежать огорчений - это бессмысленно и невозможно. Напротив, надо стараться постичь ее и, вопреки всему, находить в ней радость.
– Мы все меняемся. - Он пожал плечами, пытаясь найти нужные слова. Нас меняет жизнь. Понятия не имею, насколько мы изменимся, когда нам будет по семьдесят. Но мне хочется знать про тебя все. По правде говоря, я думаю, что мы в душе почти не меняемся. Я полюбил тебя такой, какая ты есть, Джилли. И если теперь ты другая, что ж, влюблюсь в тебя снова.
Она долго и пристально вглядывалась в его лицо. Потом рассмеялась, закатывая глаза.
– Ох, до чего же неубедительно!
Майкл не смог удержаться и засмеялся тоже.
– Но это правда.
– И все же я тебе не верю, - сказала Джилли и, покачав головой, потащила его за собой вглубь лабиринта старинных улочек.
Майкл охотно последовал за ней. По булыжной мостовой протянулись вечерние тени, а он все думал о том, что им довелось узнать, и о тенях, которые это знание отбросило на их жизни. Через несколько минут они вступили на большую площадь, где все еще ярко сияло вечернее солнце.
В жизни так и бывает - когда выходишь из тени, свет кажется необыкновенно ярким.