Читаем Лесной замок полностью

Поскольку обе эти рати в какой-то мере известны любому, кто читал «Потерянный рай», упомяну здесь, что многие из нас весьма искушены в классическом литературном наследии. Не поручусь за ангелов, но бесам вменено в обязанность ценить изящную словесность. Мильтон в нашем понимании выдающийся поэт и входит в число тех немногих избранных, кого мы вправе целиком и полностью освободить от обвинения в непростительной второсортности (обусловленной склонностью к вранью и сантиментам). Как-никак ему удалось проникнуться чисто интуитивным пониманием природы и хода конфликта между Двумя Царствами. И сколь бы неточен он ни был в деталях, именно Мильтону выпало стать первопроходцем в деле наглядной демонстрации грандиозного столкновения двух воинств, начавшегося сразу же после великого Раздела, что побудил первоангельские сонмы разбиться на два враждующих стана, в каждом из которых господствует твердая уверенность, что именно ему суждено предопределить будущее человечества.

Следовательно, наше почтение великому слепцу! Хотя его описания самым безбожным образом устарели. Бесы, служащие Маэстро, не ходят больше в атаку на ангелов античными фалангами. Скорее, мы в настоящее время искусно вмонтированы в каждый укромный уголок человеческого существования.

Чтобы хоть отчасти прояснить вопрос о волнообразном, дискретном, сплошь и рядом тупиковом и неизбежно привязанном к рельефу местности характере нашей войны, я должен перечислить силы и средства, которыми мы располагаем в деле желательного для нас воздействия на человеческое общество. Я начну с такого пояснения: действительности присущи три аспекта — Божеский, Сатанинский и человеческий, и, следовательно, речь должна идти о трех отдельных воинствах, о трех царствах, а вовсе не о двух. Бог с ангельскими сонмами денно и нощно трудится, стремясь вовлечь мужчин, женщин и детей в Свою орбиту. Маэстро же и мы, Его верные помощники, стараемся завладеть душами тех же самых мужчин, женщин и детей. Однако вплоть до Средневековья люди были обречены в этой схватке играть в основном пассивную роль; сплошь и рядом они были простыми пешками в нашей игре; отсюда и Два Царства (а не три). Теперь, однако же, мы вынуждены считаться с отдельными индивидуумами, как мужского, так и женского пола. Больше того, смею заявить, что в настоящее время очень многие люди (если вообще не большинство) изо всех сил стараются не примыкать ни к одному из воинств — ни к Божескому, ни к Сатанинскому. Им хочется быть свободными. Они часто (и прочувствованно) восклицают: «Должен (должна) же я понять, кто я такой (такая)!» Тем не менее мы, бесы, ведем по жизни людей, которых нам удалось завербовать (мы называем их клиентами), тогда как Наглые всячески ставят нам палки в колеса, поэтому изрядному числу ловкачей удается стать двойными агентами, попеременно внося свою лепту то в наше дело, то в прямо противоположное. Люди стали настолько тщеславны (благодаря техническому прогрессу), что отнюдь не пренебрежимо малое их число уповает на полную независимость как от Бога, так и от Дьявола.

Это, приходится повторить, всего лишь первый подход к перверсиям, извращающим само существование, всего лишь схематический набросок подлинной сложности происходящего.

Например, я могу по необходимости воскрешать воспоминания клиента, сколь угодно давние и на любую глубину погребенные. Но на это нужно тратить Время. («Время» я пишу с прописной, потому что для нас, как, впрочем, и для ангелов, оно представляет собой ресурс, сопоставимый с Деньгами для человека) Мы ведем тщательный учет Времени, уделяемого тому или иному клиенту. Стремление влезть в ту или иную ситуацию поглубже постоянно поверяется балансом затрат Времени, необходимых для достижения наших целей применительно к той или иной персоне. Поэтому люди посредственные, как правило, не представляют для нас интереса. Мера подлинного проникновения в суть вещей, объем памяти и дурные намерения обыкновенного человека лимитированы. Скорее, мы заняты поисками мужчин и женщин, потенциально способных попрать основополагающие законы — общественные или Божеские.

Таких мужчин и женщин, к сожалению, становится все меньше. Поневоле нам приходится иметь дело со вторым, а то и с третьим сортом. Конечно, заполучив их и проявив достаточное терпение, мы можем кое-чего добиться в плане повышения их потенциала. Причем такой поворот событий сулит нам карьерный рост. У меня были клиенты, которых мне удалось развить в такой степени, что они смогли принять участие в том или ином из наших подлинно грандиозных проектов, в результате чего мое собственное положение в корпорации резко улучшилось. Однако средний клиент, болтаясь между ангелом-хранителем и бесом-искусителем (вроде меня), сплошь и рядом не приносит особой пользы ни одному из Двух Царств; не могу забыть и несколько прискорбных случаев, когда тому или иному ангелу удавалось выйти победителем из схватки со мной за конкретную душу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Вячеслав Александрович Егоров , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Марина Колесова , Оксана Сергеевна Головина

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Публицистика / История / Проза / Историческая проза / Биографии и Мемуары