Выступивший вслед за Алексеевым депутат от Союза писателей СССР В.Г. Распутин, характеризуя царившую в стране атмосферу, заявил: «В зрелищах мы уже преуспели, притом в зрелищах самого сомнительного свойства. Идет почти открытая пропаганда секса, насилия, освобождения от всяких нравственных норм. Сейчас время трагедий, которые следуют почему-то одна за другой. Но заметили ли вы одну закономерность? Только смолкнет голос диктора, объявляющий о человеческих жертвах, как экранный эфир заполняет какофония бесноватой музыки. Но нам все трын-трава, мы свободны от морали и от сопереживания…
О стране. Никогда еще со времен войны ее державная прочность не подвергалась таким испытаниям и потрясениям, как сегодня. Мы, россияне, с уважением и пониманием относимся к национальным чувствам и проблемам всех без исключения народов и народностей нашей страны. Но мы хотим, чтобы понимали и нас. Шовинизм и слепая гордыня русских – это выдумка тех, кто играет на ваших национальных чувствах, уважаемые братья. Но играет, надо сказать, очень умело. Русофобия распространилась в Прибалтике, Грузии, проникает она и в другие республики… Антисоветские лозунги соединяются с антирусскими. Эмиссары из Литвы и Эстонии едут с ними, создавая единый фронт, в Грузию. Оттуда местные агитаторы направляются в Армению и Азербайджан… Здесь, на Съезде, хорошо заметна активность прибалтийских депутатов, парламентским путем добивающихся внесения в Конституцию поправок, которые позволили бы им распрощаться с этой страной»…
9 июня, под занавес, председательствующий Горбачев сообщил: «Депутат Сахаров Андрей Дмитриевич настоятельно просит дать ему слово (
Послушаем, какие идеи одолевали этого «правозащитника»: «На территории союзной республики законы СССР приобретают силу после утверждения высшим законодательным органом союзной республики… Уже нет давно опасности военного нападения на СССР (
Но жертвой этого наследия стали и большие народы, в том числе русский народ, на плечи которого лег основной груз имперских амбиций и последствий авантюризма и догматизма во внешней и внутренней политике. Необходимы срочные меры. Я предлагаю обсудить переход к федеративной горизонтальной системе национально-конституционного устройства. Эта система предусматривает представление всем существующим национально-территориальным образованиям, вне зависимости от их размера и нынешнего статуса, равных политических, юридических и экономических прав с сохранением теперешних границ. Со временем, возможно, будет необходимо уточнение границ».
Если бы мы, по образному замечанию одного зарубежного журналиста прошлого века, пользовались очками, которые видят только правду, то в приведенном выше выступлении Сахарова мы обнаружили бы только знаки препинания.
О «жертвах» Союза ССР, «малых союзных республиках», следует сказать особо. Принцип равноправия субъектов федеративного государства – Союза ССР означал, что все субъекты этой федерации – союзные республики – обладали равными правами по всем вопросам государственного строительства независимо от величины своей территории, количества населения, уровня развития экономики. Этот принцип также был закреплен во всех трех конституциях СССР.
Равноправие союзных республик выражалось в том, что каждая республика имела одинаковую с другими компетенцию, свою конституцию, применяемую и изменяемую Верховным Советом республики. Равноправие республик, далее, выражалось в том, что каждая республика обладала правом свободного выхода из СССР; территория ни одной республики не могла быть изменена без ее согласия; союзная республика имела свое республиканское гражданство и обладала правом приема в него, при этом каждый гражданин союзной республики являлся одновременно гражданином СССР; каждая союзная республика независимо от величины своей территории и количества населения избирала одинаковое число депутатов в Совет национальностей – одну из палат Верховного Совета СССР, представлявшего интересы союзных республик и тем самым выражавшего федеративную природу СССР.
Равноправие союзных республик выражалось и в том, что каждая союзная республика имела своего представителя в высших государственных органах Союза ССР: в Президиуме Верховного Совета СССР, в состав которого входил Председатель Президиума Верховного Совета союзной республики; в Совете Министров СССР, в лице Председателя Совета Министров союзной республики; наконец, в Верховном суде СССР, в который входил Председатель Верховного суда союзной республики.