Хотя Российская Федерация по размеру своей территории была в 570 раз больше Армении, а по численности населения превосходила ее в 46 раз, обе эти республики обладали в федеративном государстве – Союзе ССР – равными правами. Таковы факты против грубого вымысла.
«Федеративная государственная система», предлагаемая Сахаровым, вела к ликвидации союзной и российской государственности и образованию на их территории десятков самостоятельных государств со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями.
9 июня Съезд принял постановление «Об основных направлениях внутренней и внешней политики СССР». Знаменательно его начало:
«Съезд народных депутатов Союза Советских Социалистических Республик, выражая волю народа, принимает на себя всю полноту высшей государственной власти в стране.
Народ вверил депутатам свою судьбу, и нет более высокого долга, чем выполнить его наказ».
Принятие «на себя всей полноты высшей государственной власти в стране» означало и принятие такой же ответственности с этого момента за ее судьбу. Отныне будущее страны будет определяться не партийными органами, а народными депутатами СССР, самостоятельно принимающими судьбоносные решения со знаком «минус».
Вне повестки дня редакционной комиссией в составе 68 человек под председательством В.А. Медведева 9 июня был подготовлен проект Постановления Съезда народных депутатов СССР «Об основных направлениях внутренней и внешней политики», который был принят за основу. В постановлении закладывались не основы укрепления Союза ССР, а экономической и политической дезинтеграции: «Съезд исходит из признания незыблемыми и священными… прав народов на самоопределение. Любое ущемление прав человека и права народов недопустимо…»
Здесь содержалось все то, что нужно было национал-сепаратистам в национально-государственных образованиях СССР, чтобы начать процесс дезинтеграции союзного государства путем принятия деклараций о суверенитете, игнорирующих нормы внутригосударственного и международного права. Уже в начале июля 1989 г. А.Д. Сахаров представил проект Конституции Союза Советских Республик Европы и Азии, в котором не предусматривалось никаких национально-территориальных единиц, кроме республик. «Союз ССР стремится к встречному парламентскому сближению (конвергенции) социалистической и капиталистической систем, как к единственному кардинальному решению глобальных и внутренних проблем. Политическим выражением такого сближения должно стать создание в будущем Мирового правительства», – говорилось в проекте Сахарова.
1 июля Горбачев выступил по Центральному телевидению «по вопросу о межнациональных отношениях», заявив, что «мы можем рассчитывать на изменение к лучшему лишь в том случае, если каждая нация, каждый народ будут чувствовать себя, я бы сказал, уверенно в собственном доме, на своей земле». А 15 июля начались грузино-абхазские столкновения в Абхазской ССР, заявившей о желании выйти из состава Грузии (погибло 12 человек)…
29 июля Шеварднадзе принял государственного секретаря США в резиденции советского посла в Париже и в ходе двухчасовой беседы проинформировал его о внутренних проблемах страны – межнациональных отношениях и экономическом кризисе.
Бейкер заявил: «Мы не поймем советские власти в случае применения силы для прекращения забастовок и других форм политической активности. Если такое произойдет, вы получите с нашей стороны то же отношение, что и к событиям на площади Тяньаньмынь, а уж отсюда – и вся дальнейшая логика…».
«То, что происходит в Советском Союзе, – сказал Шеварднадзе, – настоящая революция, и во главе ее стоит Горбачев. Невзирая ни на что, Горбачев твердо намерен осуществить революцию мирным путем»…
29—30 июля состоялся Первый съезд Межрегиональной депутатской группы. Афанасьев сообщил, что «Е.М. Примаков приглашает нас идти в комитеты и комиссии Верховного Совета и работать там». Он сформулировал цели объединения в МДГ: «Попытаться выработать альтернативный вариант политики, опережающей события политики со стороны партии и государства. Предложить от имени нашей Межрегиональной депутатской группы созвать Второй съезд народных депутатов в сентябре этого года для обсуждения вопроса о конституционном процессе в СССР. Не о принятии Конституции, а именно о конституционном процессе. Может быть, съезд придет к выводу о том, что и не нужна нам союзная Конституция. Может, пока следует ограничиться Союзным договором, или чем-то вроде Хартии согласия. А конституции разрабатывать по республикам. Съезд необходимо созвать именно в сентябре, потому что мы не сможем обсуждать все прочие законы – и о собственности и о земле, и о союзном устройстве, не внеся соответствующие изменения в Конституцию…»