Читаем Любимец моих дьяволов полностью

Нависает надо мной, смотрит пристально, внимательно, ловя каждую эмоцию. Это смущает меня, хочется попросить не смотреть, но не могу произнести ни слова. Слишком сильны ощущения, особенно когда его вторая рука касается моей груди, пальцы смыкаются вокруг соска, пока первая ласкает снова и снова между ног, слегка проникая пальцем внутрь, и тут же возвращаясь обратно, ритмично, усиливая с каждым разом восхитительное трение. Точно током бьет, все тело горит от прикосновений, соски покалывает, живот сводит судорогой.

Нестерпимые, восхитительные ощущения, изо рта рвется крик, который пытаюсь сдержать, но не выходит. Только приглушить немного.

— Кричи, мне нравится, — шепчет мне в лицо Якоб.

Но я стискиваю зубы из чувства противоречия. Труднее всего сдержать мольбу. Я хочу чтобы он вошел в меня, только об этом могу думать. Начинаю отпускать кованую решетку кровати, хочу тоже трогать, ласкать, хочу сжать в руках член Якоба. Хочу рассмотреть его вблизи. Умираю от страсти, но едва отпускаю одну руку, Штаховский возвращает ее на место и шипит:

— Не-е-ет. Правила, малыш, помнишь? Или все закончится прямо сейчас.

Да пошел он со своими правилами! Меня охватывает злость за то, что все еще сохраняет контроль, тогда как я ничего не соображаю, шалею от неуемного желания, сдыхаю от потребности в нем.

Всхлипываю, проглатываю новый крик, когда Якоб начинает снова ласкать меня, гладить клитор, вызывая все новые ощущения, непередаваемые, заставляющие все тело трястись как в лихорадке.

— Упрямая, черт, бл*дь, какая же ты упрямая, — хрипит Якоб. Только в этот момент понимаю, что он не меньше моего возбужден. Его глаза горят лихорадочным блеском, взгляд плывет, лицо искажено от напряжения. Как будто ему очень больно. Как бы мне хотелось унять эту боль! Начинаю ерзать под ним, пытаюсь тереться о его руку, насаживаться на нее. Он должен уступить, войти в меня, я умру, если не получу его прямо сейчас. И пусть это эгоистично, грязно, дико. Мне на все наплевать, пусть выгляжу озабоченной сукой. Возможно я такая и есть, когда Якоб оказывается поблизости я действительно теряю контроль.

— Не сдерживай себя, маленькая, — стоном вырывается у Якоба. — Черт, какая ты узкая. С ума сойти можно. И снова приникает к моим губам, целует, играет с моим языком, затем прикусывает нижнюю губу и тянет на себя. — Сладкая девочка. От тебя реально крыша едет.

Отрывается от меня с рыком, рука между ног надавливает сильнее, отчего меня буквально подбрасывает. Изо рта вылетает громкий стон, и он прорывает плотину, теперь мне уже не сдержаться, вскрики, жалобные всхлипы один за другим рвутся из горла, но даже этого недостаточно. Ощущения настолько сильны, что орать хочу, голос срывая.

— Тссс, — черт, малыш, потише, — голос Якоба надрывный, напряженный. — Мы так весь дом перебудим.

А я и забыла, где мы. Все вылетело из головы, со всех катушек съехала. Глаза зажмурены, ощущениям настолько отдалась, будто перенеслась в другую вселенную. Распахиваю глаза, и Штаховский в плен мой взгляд берет. Залипаем друг на друге, намертво. Смотрю на него испуганно, да и Якоб выглядит ошеломленным, на лбу выступили бисеринки пота, у виска жилка бешено пульсирует, губы едва заметно подрагивают. И это отдается острым уколом в сердце. Внутри вспыхивает надежда, что для него это не просто забава, эксперимент… Что он что-то чувствует ко мне, хоть толику того, что испытываю я…

Отпускаю спинку кровати, в безотчетном порыве обнять любимого… сердце замирает — сейчас снова отчитает за непослушание. Или еще хуже — остановится, как предупреждал. Хочу обнять его за спину и не решаюсь. Очень осторожно касаюсь плеч Якоба, то ли обнимаю, то ли отталкиваю. А он в ответ, вопреки моим страхам — ни слова. Только непонятный звук, то ли рык, то ли стон… А потом берет мою руку и тянет вниз, в паху. Кладет на свой член и меня подбрасывает, низ живота судорогой сводит. Якоб делает моей рукой несколько движений, вверх-вниз, сжимает свою руку поверх моей, сильно, буквально стискивает, другой рукой продолжая ласкать меня между ног.

Еще несколько сводящих с ума движений пальцами, и меня взрывает от бешеного наслаждения. Все тело содрогается, взрываюсь, разбиваюсь, как разбивается на миллионы брызг волна, ударившаяся о скалу. И тут чувствую что-то горячее и липкое брызгает на мой живот. Якоб содрогается всем телом и застывает, нависнув сверху, закрыв глаза. Его лицо искажено гримасой. Жадно впитываю каждую черту — пытаясь запомнить, понять, что он чувствует сейчас. Якоб открывает глаза и долгое мгновение смотрит не меня неотрывно, внимательно. А затем размазывает рукой по моему потному телу уже остывшую сперму. По животу, и выше — на грудь, шею. Он точно заворожен своими движениями. Открываю и закрываю рот, все еще не в силах отдышаться. Не знаю, что сказать или сделать. Почему-то очень хочется плакать. Глаза Якоба блестят в полумраке, на лице совершенно нечитаемое выражение. Между нами повисла безнадежность.

Перейти на страницу:

Все книги серии Раны первой любви

Похожие книги

Разбуди меня (СИ)
Разбуди меня (СИ)

— Колясочник я теперь… Это непросто принять капитану спецназа, инструктору по выживанию Дмитрию Литвину. Особенно, когда невеста даёт заднюю, узнав, что ее "богатырь", вероятно, не сможет ходить. Литвин уезжает в глушь, не желая ни с кем общаться. И глядя на соседский заброшенный дом, вспоминает подружку детства. "Татико! В какие только прегрешения не втягивала меня эта тощая рыжая заноза со смешной дыркой между зубами. Смешливая и нелепая оторва! Вот бы увидеться хоть раз взрослыми…" И скоро его желание сбывается.   Как и положено в этой серии — экшен обязателен. История Танго из "Инструкторов"   В тексте есть: любовь и страсть, героиня в беде, герой военный Ограничение: 18+

Jocelyn Foster , Анна Литвинова , Инесса Рун , Кира Стрельникова , Янка Рам

Фантастика / Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Любовно-фантастические романы / Романы
Связанные долгом
Связанные долгом

Данте Босс Кавалларо. Его жена умерла четыре года назад. Находящемуся в шаге от того, чтобы стать самым молодым главой семьи в истории чикагской мафии, Данте нужна новая жена, и для этой роли была выбрана Валентина.Валентина тоже потеряла мужа, но ее первый брак всегда был лишь видимостью. В восемнадцать она согласилась выйти замуж за Антонио для того, чтобы скрыть правду: Антонио был геем и любил чужака. Даже после его смерти она хранила эту тайну. Не только для того, чтобы сберечь честь покойного, но и ради своей безопасности. Теперь же, когда ей придется выйти замуж за Данте, ее за́мок лжи под угрозой разрушения.Данте всего тридцать шесть, но его уже боятся и уважают в Синдикате, и он печально известен тем, что всегда добивается желаемого. Валентина в ужасе от первой брачной ночи, которая может раскрыть ее тайну, но опасения оказываются напрасными, когда Данте выказывает к ней полное равнодушие. Вскоре ее страх сменяется замешательством, а после и негодованием. Валентина устала от того, что ее игнорируют. Она полна решимости добиться внимания Данте и вызвать у него страсть, даже если не может получить его сердце, которое по-прежнему принадлежит его умершей жене.

Кора Рейли

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература