С первого взгляда показалось в нём что-то знакомое, и сердце ёкнуло, но – нет, не Костя, просто похожий на него. Тоже высокий, темноволосый, однако черты лица тоньше, благороднее, что ли. Нет хищности, властности, как у Константина. И танцевал он очень даже неплохо, уверенно и ровно. Я проводила его заинтересованным взглядом, поставив галочку: пожалуй, если пригласит, отказываться не буду. Опытные партнёры, умеющие грамотно вести, и которым можно довериться, это ценная находка. Да ещё и свободно танцующие с разными партнёршами, а не предпочитающие приглашать три-четыре знакомых женщины поочерёдно, не замечая остальных.
Отметив для себя ещё несколько вероятных кандидатов, я обмахнулась веером, дожидаясь конца танца, и когда музыка затихла, и пары разошлись на время, расправила плечи и подняла голову. Удивительно, но здесь, на милонге, получалось смотреть мужчинам в глаза без страха и замешательства ещё и потому, что приглашения на танго делались именно так, взглядом. До сих пор не могу вспоминать свои первые милонги без улыбки, как я сидела там, уставившись в пол и нервно теребя веер и расстраиваясь, что никто не приглашает. Пока преподавательница не разъяснила правила на одном из занятий. Ненадолго углубившись в воспоминания, я едва не пропустила момент, когда снова заиграло танго, и совершенно неожиданно рядом возник тот самый мужчина, чем-то похожий на моего ночного знакомого.
– Позвольте? – коротко произнёс он не совсем по этикету, склонившись надо мной и протянув руку.
Я подняла взгляд, ещё раз оценивая, и отбросив скребанувшую в душе опасливую мысль о его сходстве с Константином, улыбнулась и спокойно кивнула. Паранойя, конечно, в некоторых моментах помогает в жизни, Вика, но голову тоже нужно включать. Отложив веер, позволила вывести себя к остальным танцующим, привычно закрыла глаза, ощутив, как мягко легла рука партнёра чётко под лопатку, не ниже и не выше. Мимолётно напряглась, подумав, а не пожелает ли незнакомец близких объятий, но он словно почувствовал, что я не совсем готова, и не стал привлекать к себе, аккуратно удерживая мои пальцы другой руки в своих. Я на мгновение замерла, погружаясь в музыку, отрешаясь от лишних мыслей и расслабляясь окончательно. Как обычно, обострилась чувствительность, и тело чутко реагировало на движения партнёра, послушно двигаясь, куда надо и выполняя фигуры. Я растворилась в музыке, в танце, наслаждаясь эмоциями, чувствуя себя свободной, как никогда, и не напрягаясь от близости мужчины, как в обычной жизни. Сознание лишь машинально отметило, что пахнет от него приятно, морским, свежим бризом, и только. Тем неожиданнее оказался приятный голос около самого уха, чуть не заставивший сбиться с танца:
– Я Григорий. Можно узнать, как вас зовут?
Вообще, вежливое знакомство не было чем-то из ряда вон во время танца, и я быстро взяла себя в руки.
– Виктория, – коротко ответила, надеясь, что на этом отвлекающий разговор закончится.
Не хотелось портить чудные моменты единения с томной, плавной музыкой, задевавшей потаённые струны. Ещё некоторое время мы в самом деле танцевали молча, а потом Григорий снова заговорил, к моему смутному раздражению.
– Вы хорошо танцуете, Виктория. Давно занимаетесь?
– Спасибо. Четыре года. И давайте просто потанцуем, – мягко намекнула на нежелание поддерживать беседу.
Григорий внял и дальше не пытался расспрашивать. Но снова расслабиться не получилось. В какой-то момент я вдруг остро почувствовала чей-то взгляд, пристальный и недобрый, что ли. Конечно, вертеть головой и пытаться понять, кто это, было бы не очень красиво, тем более, музыка ещё не закончилась. Однако очарование танго потерялось, и раздражение вновь завозилось в глубине души. Вот же, а! И так трудный день был, теперь и на милонге не дают отдохнуть! Я с трудом дождалась окончания танца и попрощалась с Григорием:
– Спасибо, – вежливо поблагодарила, даже не посмотрев на партнёра, и развернулась, выискивая, кто же пытался проглядеть дырку в моей спине.
Кажется, он хотел что-то сказать, или задержать, я так и не поняла, потому что уже отошла, не желая продолжать знакомство. И едва сделала несколько шагов к столику, где оставила веер, как почти сразу снова почувствовала настойчивый взгляд. Обернулась… И колени чуть не подогнулись, а сердце скакнуло к горлу, мешая дышать. Хорошо, я уже стояла около столика и опёрлась на него ладонью, пережидая момент слабости и не сводя глаз с Константина, стоявшего около двери. Как. Он. Меня. Нашёл?! ФСБшик, что ли? Или ухитрился в мою сумку залезть и документы посмотреть, пока я в душе была? Минутная слабость прошла, страх сменился злостью и раздражением. Не люблю мужчин, которые не понимают намёков. Если женщина сама ушла от тебя, не оставив контактов, это о чём-то говорит, правда?