Все остальные устроились рядом, причем Виктор оказался с края и возле Лизы. Скамья была небольшой, и все сидели плотно друг к другу. Горячее бедро, прижимавшееся к его бедру, вызвало почти неконтролируемый всплеск физического желания, и Виктор попытался отодвинуться. Лиза глянула на него, тихо засмеялась и пересела на колени к Никосу, обхватив его рукой за шею. Она побалтывала босыми, испачканными мокрым песком ногами, и Виктор глаз не мог оторвать от ее маленьких ступней, от точеных пальчиков с ноготками, покрытыми розовым перламутровым лаком. Рассеянный свет фонаря, находящегося почти за скамьей, обливал ее светло-пепельные волосы будто жидким золотом, и весь ее облик казался теплым и солнечным.
– Много дает денег, раз ты решил с ним расстаться? – деловым тоном поинтересовался Никос.
– А вот в чужой кошелек лучше не заглядывать! – ответил Клод.
– Я просто так спросил, – сказал Никос и скинул девушку с колен.
Лиза расхохоталась, схватила Виктора за руку и потащила его к морю.
– Пусть болтают на своем лягушачьем языке, – весело заявила она, – а я соскучилась по родной речи! Вить, пойдем пройдемся, поговорим!
И он не стал сопротивляться. Уменьшительное имя резануло, так к нему давно никто не обращался, но в то же время стало приятно до мурашек.
«…Лицо ее сияло своей собственной прелестью. Кожа была удивительно прозрачной. Нежность, кротость, наивность самым непостижимым образом сочетались с лукавым огоньком, сверкавшим в ее взгляде. Поймав себя на этих наблюдениях, я счел их небезопасными для своего спокойствия…
– Ты говоришь о любви, ты являешь собой ее живое воплощение и вместе с тем отравляешь самую мысль о ней… Я запрещаю тебе произнести хотя бы одно слово о любви. Дай мне успокоиться, если возможно, чтобы принять какое-нибудь решение. Если мне суждено попасть в руки инквизиции, в данную минуту я не колеблюсь в выборе между нею и тобой. Но если ты поможешь мне выпутаться из этого положения, к чему это меня обяжет? Смогу ли я расстаться с тобой, когда захочу?..»
Лиза шла быстро, но его руки не выпускала. Виктор уже ничего не ощущал, лишь жар ее ладони, который, казалось, распространялся по всему его телу, словно жидкий огонь бежал по венам. Его лицо горело, эмоции захлестывали, но тренированный разум не давал полностью отдаться нахлынувшим чувствам. Виктор уже попадал в подобные ситуации, были девушки, которые вот так же захватывали его с первой минуты знакомства в своеобразный плен. И он давно выработал тактику поведения: не сопротивляться, идти на поводу возникающих желаний, непременно вступать в сексуальный контакт – обычно это на две трети уменьшало тягу к понравившейся девушке, – попытаться в максимально короткие сроки разгадать все загадки, разведать все тайны. И как правило, это срабатывало. Иногда и трех дней хватало, чтобы наступало полное охлаждение к «предмету страсти». И девушки сами завершали процесс. Поняв, что Виктор по каким-то причинам потерял интерес, они вели себя по стандартной схеме: без конца выясняли отношения, названивали, даже выслеживали, писали ему в соцсетях, подстраивали «случайные» встречи, обвиняли, что ему «как и всем другим кобелям» был нужен лишь секс. И это стопроцентно довершало дело, Виктор излечивался от страсти. А страсть, как известно, преддверие любви.