Читаем Любовные письма великих людей. Мужчины полностью

Сэмюэль Ленгхорн Клеменс (Марк Твен), знаменитый американский писатель, сатирик, лектор, вырос в Ганнибале, штат Миссури, на реке Миссисипи, которая вдохновляла его на протяжении всей жизни. В четырнадцать лет Клеменс стал работать учеником наборщика в местной газете; тогда же он начал писать свои первые заметки. Он много ездил по стране, получал образование в библиотеках, трудился в разных изданиях и издательствах. В двадцать два года получил должность лоцмана на одном из пароходов Миссисипи и освоил эту опасную, очень нелегкую профессию.

В 1868 году Клеменс влюбился в Оливию (Ливи) Лэнгдон, дочь угольного промышленника. Они поженились в 1870 году.

Клеменс был плодовитым и чрезвычайно успешным автором заметок, очерков, книг о путешествиях и романов (самый, наверное, известный его роман «Приключения Тома Сойера» появился в 1876 году). Он постоянно ездил с лекциями по США и Европе и пользовался необычайной популярностью в Великобритании. В одной из таких поездок он познакомился с Чарльзом Дарвином, которым искренне восхищался. А еще Клеменс был изобретателем-энтузиастом: он зарегистрировал несколько патентов и спустил сотни тысяч долларов на усовершенствование наборного станка Пейджа. Станок поражал всех своим видом, но не действовал. Клеменс хорошо зарабатывал, однако деньгами распоряжаться не умел, и однажды ему пришлось объявить себя банкротом.

Клеменс и Ливи жили очень счастливо. Но судьба их детей трагична: из четверых первый ребенок умер в младенчестве, две дочери скончались, когда им было едва за двадцать. Ливи умерла в 1904 году, оставив мужа безутешным.

Марк Твен – Ливи на тридцатилетие

(27 ноября 1875 года, Хартфорд)



Ливи, дорогая,

шесть лет прошло с того момента, как я добился своего первого успеха в жизни и завоевал тебя, и тридцать лет – с тех пор, как Провидение сделало необходимые приготовления к этому счастливому дню, послав тебя в этот мир. Каждый день, прожитый нами вместе, добавляет мне уверенности в том, что мы никогда не расстанемся друг с другом, что ни на секунду не пожалеем о том, что соединили наши жизни. С каждым годом я люблю тебя, моя детка, все сильнее. Сегодня ты мне дороже, чем в свой прошлый день рождения, год назад была дороже, чем два года назад, – не сомневаюсь, что это прекрасное движение будет продолжаться до самого конца.

Давай смотреть вперед – на будущие годовщины, на грядущую старость и седые волосы – без страха и уныния. Доверяя друг другу и твердо зная, что любви, которую каждый из нас несет в своем сердце, хватит для того, чтобы наполнить счастьем все отведенные нам годы.

Итак, с огромной любовью к тебе и детям, я приветствую этот день, который дарит тебе грацию почтенной дамы и достоинство трех десятилетий!

Всегда твой

С.Л.К.

Марк Твен – Ливи

(26 августа 1878 года)

Ливи, дорогая,

сегодня мы с радостным гиканьем шесть часов подряд лазали вверх и вниз по крутым холмам, в грязных и мокрых башмаках, под дождем, который не прекращался ни на минуту. Всю дорогу я был бодр и свеж, как жаворонок, и прибыл на место без малейшего чувства усталости. Мы помылись, вылили воду из ботинок, поели, разделись и улеглись спать на два с половиной часа, пока наши одежки и снаряжение сохли, а ботинки еще и подвергались чистке. Потом мы надели еще теплую одежду и отправились к столу d'hote [табльдоту].

Я завел несколько милых друзей-англичан и завтра увижусь с ними в Зерматте.

Собрал маленький букет цветов, но они завяли. Я отправил тебе полную коробку цветов вчера вечером из Люкербада.

Я только что послал телеграмму, чтобы ты завтра передала семейные новости по телеграфу мне в Рифель. Надеюсь, у вас все в порядке и вы так же весело проводите время, как и мы. Люблю тебя, мое сердечко, тебя и деток. Передай мою любовь Кларе Сполдинг, а также ребятишкам.

СЭМЛ



Уильям Ф. Тестермэн

…Ваши сияющие голубые глаза и розовые румяные щечки приводят меня в восхищение…

Об Уильяме Ф. Тестермэне известно только, что он был лейтенантом 8-го кавалерийского полка армии Теннесси во время Гражданской войны в США (1861–1865).

Уильям Ф. Тестермэн – мисс Джейн Дэвис

(24 июля 1864 года)



Дорогая мисс,

Перейти на страницу:

Все книги серии Любовные письма великих людей (Добрая книга)

Любовные письма великих людей. Мужчины
Любовные письма великих людей. Мужчины

В этой книге собраны самые романтичные и самые трогательные образцы эпистолярного жанра, незаслуженно забытого в наш век электронной почты и SMS-сообщений. Эти любовные письма были написаны выдающимися людьми своим возлюбленным в самые разные времена и эпохи, в самых разных жизненных обстоятельствах.Для кого-то из этих великих мужей любовь – «сладкий яд» (Уильям Конгрив); для кого-то – «прелестная кроткая жена на диване перед жарким огнем камина, с книгами и музыкой» (Чарльз Дарвин). Любовь может обжигать, как палящее солнце (Генрих VIII) или проникать в самые глубины сердца как прохладный дождь (Флобер). Здесь представлены все оттенки и переливы этого великого чувства: от изящного красноречия и скромного благочестия Роберта Браунинга до удивительно современных страданий римлянина Плиния младшего, уходящего с головой в работу, чтобы забыть, как сильно он скучает по любимой жене Кальпурнии.Читая любовные письма великих людей, мы понимаем, что человечество, в сущности, мало изменилось за последние две тысячи лет. Страсть, ревность, надежда – все эти эмоции мы найдем здесь наравне с простым удовольствием послать письмо и получить ответ от человека, которого ты любишь больше всего на свете. Мы увидим, что литературный талант – необязательное условия для искреннего письма любви, и совсем не важно, в какой форме оно написано и каким способом дойдет до адресата.

Коллектив авторов , Урсула Дойль

Биографии и Мемуары / Эпистолярная проза / Документальное
Любовные письма великих людей. Женщины
Любовные письма великих людей. Женщины

Продолжение одноименного бестселлера, сборник самых романтических и самых трогательных любовных писем, написанных великими женщинами своим возлюбленным в самые разные времена и эпохи, в самых разных жизненных обстоятельствах.В этой книге собраны вместе самые романтичные образцы эпистолярного жанра, незаслуженно забытого в наш век электронной почты и SMS-сообщений.Читая любовные письма великих женщин, мы понимаем, что человечество, в сущности, мало изменилось за последние две тысячи лет. Страсть, ревность, надежда – все эти эмоции мы найдем здесь наравне с простым удовольствием послать письмо и получить ответ от человека, которого ты любишь больше всего на свете. Мы увидим, что литературный талант – необязательное условие для искреннего письма любви, и совсем не важно, в какой форме оно написано и каким способом дойдет до адресата.

Коллектив авторов , Урсула Дойль

Биографии и Мемуары / Эпистолярная проза / Документальное
Любовные письма великих людей. Соотечественники
Любовные письма великих людей. Соотечественники

Продолжение одноименного бестселлера, сборник самых романтических и самых трогательных любовных писем, написанных нашими выдающимися соотечественниками своим возлюбленным в самые разные времена и эпохи, в самых разных жизненных обстоятельствах.В этой книге собраны самые романтичные образцы эпистолярного жанра, незаслуженно забытого в наш век электронной почты и SMS-сообщений – уникальные любовные письма российских государственных деятелей, писателей и поэтов XVIII–XX веков.Читая любовные письма наших великих соотечественников, мы понимаем, что человечество, в сущности, мало изменилось за последние две тысячи лет. Страсть, ревность, надежда – все эти эмоции мы найдем здесь наравне с простым удовольствием послать письмо и получить ответ от человека, которого ты любишь больше всего на свете. Мы увидим, что литературный талант – необязательное условие для искреннего письма любви, и совсем не важно, в какой форме оно написано и каким способом дойдет до адресата.

Урсула Дойль

Эпистолярная проза

Похожие книги

Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное