Читаем Любовные письма великих людей. Мужчины полностью

у меня снова есть возможность отправить Вам несколько строчек в ответ на Ваши любезные письма, которые я получил на днях, одно с датой «23 июня», другое – «24». Было приятно удостоиться письма от такой очаровательной молодой девушки, как та, чье имя стояло внизу каждого из них. Рад, что у Вас все хорошо, но еще больше бы обрадовался, если бы Вы выражали свои мысли так же полно, как раньше. Со мной все в порядке, и я искренне надеюсь, что мое письмо застанет Вас в добром здравии. Не могу сказать ничего больше того, что Вы знаете из моих прежних писем + Джейн, надеюсь, скоро наступит время, когда я смогу увидеть Вас снова. Я могу много чего написать Вам, но если я Вас увижу, то скажу за одну минуту больше, чем напишу за неделю. Ваши письма убедительно доказали, что Вы будете рады встрече со мной. Меня это тоже радует; у меня нет причин сомневаться в Вас, но если это не так, Вы разобьете мое сердце. Потому что Вы девушка, на которую я рассчитываю. И если для Вас это не так, я не буду больше писать Вам ночью при свече.

Вы писали, что многие мили разделяют нас. Если мое сердце подобно Вашему, мы могли бы соединить их в одно и не было бы никаких сомнений. Хотя мы сейчас далеко друг от друга, мое сердце рядом с Вами. Я часто думаю о Вас, когда еду по пустынным дорогам Теннесси. Воспоминание о Вашей милой улыбке – единственная моя компания в этих поездках. Я верю, что Вы искренни, когда пишете мне. Ваши сияющие голубые глаза и розовые румяные щечки приводят меня в восхищение. Надеюсь, скоро придет время, когда мы сможем увидеться снова, если Вы хотите того же, что и я. Мы можем отлично провести время. Мне пора спать, и я должен заканчивать. Хочу, чтобы Вы написали мне как можно быстрее, буду рад получить весточку от Вас в любое время. Адрес у меня прежний. Не забывайте Ваших лучших друзей. Я заканчиваю письмо, но моя любовь к Вам бесконечна, как и дружба. Извините за плохой почерк.

Уильям Ф. Тестермэн



Чарльз Стюарт Парнелл

(1846–1891)

…У меня есть твой портрет, он всегда со мной. Это такое утешение. Каждое утро я покрываю поцелуями твое прекрасное лицо…

Чарльз Стюарт Парнелл, «некоронованный король Ирландии», не был похож на национального героя и борца за свободу своей страны в привычном понимании этих слов. Он происходил из семьи мелкопоместных дворян-протестантов, любил охоту и крикет. Благодаря образованию, полученному в Кембридже, Парнелл обладал манерами и произношением настоящего англичанина из высшего общества, а отнюдь не ирландца. По природе он был болезненно застенчив, боялся выступать на публике, был суеверен и испытывал глубокое отвращение к зеленому цвету – все эти проблемы указали ему направление работы над собой.

В 1875 году Парнелл стал членом парламента. А год спустя в Вестминстере он познакомился с Кэтрин О'Ши, женой товарища по партии. Они почти сразу стали любовниками. С октября 1881 по май 1882 года Парнелл находился в заключении в Килменгеймской тюрьме; письмо, приведенное ниже, датировано этим временем. Кэтрин была беременна от него, но девочка, родившаяся в феврале, не выжила.

Муж Кэтрин, Уильям О'Ши, закрывал глаза на измену жены в течение десяти лет, возможно, потому, что она ожидала большое наследство от своей тети и лишилась бы его в случае скандала. Кажется маловероятным, что муж ничего не знал – у Парнелла была крикетная площадка рядом с домом О'Ши и он часто играл там, что должно было навести О'Ши на определенные мысли. Только когда в 1890 году умерла тетушка Кэтрин, О'Ши решил, что ситуация стала невыносимой, и подал на развод, что вызвало публичный скандал. Этот случай затронул все стороны жизни – классовую, финансовую, моральную, сексуальную и политическую. Кэтрин поливали грязью, имя Кити О'Ши стало синонимом слов «падшая женщина». Развод поставил крест на политической карьере Парнелла. Влюбленная пара переехала в Брайтон; там, в июне 1891 года, они поженились. Однако Парнелл, здоровье которого всегда оставляло желать лучшего, умер меньше чем через четыре месяца после свадьбы, в возрасте сорока пяти лет.

Чарльз Стюарт Парнелл – Кэтрин О'Ши

(14 октября 1881 года, Килменгеймская тюрьма)



Моя дорогая жена,

я нашел способ переписываться с тобой, и ты можешь писать мне в ответ.

Перейти на страницу:

Все книги серии Любовные письма великих людей (Добрая книга)

Любовные письма великих людей. Мужчины
Любовные письма великих людей. Мужчины

В этой книге собраны самые романтичные и самые трогательные образцы эпистолярного жанра, незаслуженно забытого в наш век электронной почты и SMS-сообщений. Эти любовные письма были написаны выдающимися людьми своим возлюбленным в самые разные времена и эпохи, в самых разных жизненных обстоятельствах.Для кого-то из этих великих мужей любовь – «сладкий яд» (Уильям Конгрив); для кого-то – «прелестная кроткая жена на диване перед жарким огнем камина, с книгами и музыкой» (Чарльз Дарвин). Любовь может обжигать, как палящее солнце (Генрих VIII) или проникать в самые глубины сердца как прохладный дождь (Флобер). Здесь представлены все оттенки и переливы этого великого чувства: от изящного красноречия и скромного благочестия Роберта Браунинга до удивительно современных страданий римлянина Плиния младшего, уходящего с головой в работу, чтобы забыть, как сильно он скучает по любимой жене Кальпурнии.Читая любовные письма великих людей, мы понимаем, что человечество, в сущности, мало изменилось за последние две тысячи лет. Страсть, ревность, надежда – все эти эмоции мы найдем здесь наравне с простым удовольствием послать письмо и получить ответ от человека, которого ты любишь больше всего на свете. Мы увидим, что литературный талант – необязательное условия для искреннего письма любви, и совсем не важно, в какой форме оно написано и каким способом дойдет до адресата.

Коллектив авторов , Урсула Дойль

Биографии и Мемуары / Эпистолярная проза / Документальное
Любовные письма великих людей. Женщины
Любовные письма великих людей. Женщины

Продолжение одноименного бестселлера, сборник самых романтических и самых трогательных любовных писем, написанных великими женщинами своим возлюбленным в самые разные времена и эпохи, в самых разных жизненных обстоятельствах.В этой книге собраны вместе самые романтичные образцы эпистолярного жанра, незаслуженно забытого в наш век электронной почты и SMS-сообщений.Читая любовные письма великих женщин, мы понимаем, что человечество, в сущности, мало изменилось за последние две тысячи лет. Страсть, ревность, надежда – все эти эмоции мы найдем здесь наравне с простым удовольствием послать письмо и получить ответ от человека, которого ты любишь больше всего на свете. Мы увидим, что литературный талант – необязательное условие для искреннего письма любви, и совсем не важно, в какой форме оно написано и каким способом дойдет до адресата.

Коллектив авторов , Урсула Дойль

Биографии и Мемуары / Эпистолярная проза / Документальное
Любовные письма великих людей. Соотечественники
Любовные письма великих людей. Соотечественники

Продолжение одноименного бестселлера, сборник самых романтических и самых трогательных любовных писем, написанных нашими выдающимися соотечественниками своим возлюбленным в самые разные времена и эпохи, в самых разных жизненных обстоятельствах.В этой книге собраны самые романтичные образцы эпистолярного жанра, незаслуженно забытого в наш век электронной почты и SMS-сообщений – уникальные любовные письма российских государственных деятелей, писателей и поэтов XVIII–XX веков.Читая любовные письма наших великих соотечественников, мы понимаем, что человечество, в сущности, мало изменилось за последние две тысячи лет. Страсть, ревность, надежда – все эти эмоции мы найдем здесь наравне с простым удовольствием послать письмо и получить ответ от человека, которого ты любишь больше всего на свете. Мы увидим, что литературный талант – необязательное условие для искреннего письма любви, и совсем не важно, в какой форме оно написано и каким способом дойдет до адресата.

Урсула Дойль

Эпистолярная проза

Похожие книги

Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное