Читаем Ливонский поход Ивана Грозного. 1570–1582 полностью

721 Гейденштейн (191) так об этом говорит: Литовцы также нисколько не остались позади против прошлогоднего своего усердия и превосходного снаряжения. По словам же Петровского (48), отряды литовских панов были не так многочисленны и не имели такого блестящего вида, как прежде. Но показанию этого автора нельзя доверять в данном случае, так как его дневник проникнут чувством известного недоброжелательства по отношению к Литовцам.

722Piotroivski, 48–49; K. Górski, op. cit., Bibl. Warsz., 1892, IV, 232.

723Piotroivski, 54. Гейденштейн (192) говорит, что крепость имела много башен, а по словам патера Латерны (Тургенев, I; М CCXXVIII), было три каменных башни и две деревянных, только что начатых еще постройкой.

724Тургенев, 1, № CCXXVIII.

725Piotrowski, 54. Гейденштейн (192) сообщает, что король прибыл к Острову через два дня после Замойского, имея, очевидно, в виду прибытие короля с войском, что в действительности так и было см. Piotroivski, 55.

726Тургенев, I, № ССXXVIII. Выражение: non sunt hi Zavoloscenses aut Hervelenses, надо, очевидно, исправить так: non sunt hie Zavoloscenses aut Nevelenses.

727Piotrowski, 55. По словам Гейденштейна (192), окопы были сделаны в два дня и между ними поставлены пушки.

728Гейденштейн, 192–193. Пётровский (56) сообщает только, что сделаны были два отверстия — одно Поляками, другое Венграми. Рассказ Гейденштейна подробнее. Он говорит, что отверстие, сделанное Венграми, было слишком высоко, вследствие чего и вход в крепость представлялся слишком крутым; напротив того, Поляки, у которых артиллерией управлял Вейер, разрушили башню у самого фундамента, для того, чтобы легче было войти в крепость и чтобы не дать возможности неприятелю взорвать башню посредством подкопа на воздух, когда они займут верхнюю часть башни, чтобы выстрелами прогонять неприятеля из внутренней части крепости.

729Piotroivski, 56–57. У Гейденштейна (193) небольшая неточность: он говорит, что сдавшихся стали отводить ночью из лагеря на отдельное место.

730 Гейденштейн обходит факт грабежа молчанием и рассказывает о выходе побежденных из крепости весьма странно. Он говорит (193), что когда их стали отводить, то деревенский народ, напуганный воспоминанием о великолуцкой резне, тотчас громким голосом стал добровольно присягать королю. Так как крик этот повторялся несколько раз, то Замойский, полагая, что они подвергаются насилию, побежал туда; они стали говорить ему, что присягнули королю и впредь будут соблюдать ему верность, а подняли такой громкий крик с тою целью, чтобы он был услышан самими Москвитянами. При чтении этого рассказа сама собою напрашивается догадка, что побежденные начали кричать, когда их стали грабить; своим криком они хотели заявить, что обещание, данное им королем, победители нарушили. Замойский, вероятно, старался остановить грабеж, но ничего не мог сделать. Одерборн (II, 248) утверждает неосновательно, что король удержал своих солдат от грабежа, прибавляя риторически, что король заявил будто бы следующее: он ведет войну не с несчастными гражданами, а с царем, с гибелью которого всякая вражда и война могут быть окончены; для него будет не меньшей славой сохранение Московии, чем ее разрушение (пес rainori sibi gloriae fore, si аЬ se Moscovia servata bit, quam si capta everteretur).

731 Фамилию воеводы приводит Гейденштейн, но об отпуске его на волю говорит и Пётровский (57).

732Piotrowski, 57–58.

733Тургенев, I, № CCXXVIII.

734 Так рассказывает об этом Гейденштейн (194).

735Piotrowski, 58. У Гейденштейна (194) — три, по словам патера Латерны (Тургенев, I, № CCXXVIII) — четыре.

736Piotrowski, 58. Патер Латерна (Тургенев, I, № CCXXVIII) приводит иную цифру: ex his (т. е. взятых в плен) unus ad regem ductus nunciabat 7000 sagittariorum esse Plescoviae, 2000 ad excursionem paratorum. Гейденштейн (194) о показаниях пленных выражается неопределенно.

737Piotroivski, 59.

738 Этот случай рассказывает только Гейденштейн (194).

739Piotroivski, 62.

740И. И. Василев, Археологический указатель города Пскова и его окрестностей (с рисунками и планами), С. Петербург, 1898, стр. 7.

741И. И. Василев, Древние укрепления г. Пскова, 1868, стр. 9.

742K. Górski, op. cit., Bibl. Warsz., 1892, IV, 234. Гейденштейн (198–199), описание псковских укреплений не изобилует теми подробностями, которые приведены нами в тексте, но дает довольно точное изображение их.

743 Эти цифры приводит Гейденштейн (200–201), Карамзин, IX, 326 насчитывает только 30 000. Автор «Истории Княжества Псковского» (Спб., 1831, стр. 201) говорит, что в Пскове было сначала только 15 000 воинов, но что потом это число могло возрасти до цифры, отмеченной Гейденштейном, ибо псковские воеводы, узнав о движении Батория на Псков, призвали в город жителей из окрестных волостей.

744Карамзин, IX, примеч. 569.

Перейти на страницу:

Все книги серии Тайны Земли Русской

Зелье для государя. Английский шпионаж в России XVI столетия
Зелье для государя. Английский шпионаж в России XVI столетия

Европу XVI столетия с полным основанием можно было бы назвать «ярмаркой шпионажа». Тайные агенты наводнили дворы Италии, Испании, Германии, Франции, Нидерландов и Англии. Правители государств, дипломаты и частные лица даже не скрывали источников своей информации в официальной и личной переписке. В 1550-х гг. при дворе французского короля ходили слухи, что «каждая страна имеет свою сеть осведомителей за границей, кроме Англии». Однако в действительности англичане не отставали от своих соседей, а к концу XVI в. уже лидировали в искусстве шпионажа. Тайные агенты Лондона действовали во всех странах Западной Европы. За Россией Лондон следил особенно внимательно…О британской сети осведомителей в России XVI в., о дипломатической войне Лондона и Москвы, о тайнах британской торговли и лекарского дела рассказывает книга историка Л. Таймасовой.

Людмила Юлиановна Таймасова

История / Образование и наука
Индоевропейцы Евразии и славяне
Индоевропейцы Евразии и славяне

Сила славян, стойкость и мощь их языка, глубина культуры и срединное положение на континенте проистекают из восприятия славянством большинства крупнейших культурно-этических явлений, происходивших в Евразии в течение V тыс. до н. э. — II тыс. н. э. Славяне восприняли и поглотили не только множество переселений индоевропейских кочевников, шедших в Европу из степей Средней Азии, Южной Сибири, Урала, из низовьев Волги, Дона, Днепра. Славяне явились непосредственными преемниками великих археологических культур оседлого индоевропейского населения центра и востока Европы, в том числе на землях исторической Руси. Видимая податливость и уступчивость славян, их терпимость к иным культурам и народам есть плод тысячелетий, беспрестанной череды столкновений и побед славян над вторгавшимися в их среду завоевателями. Врождённая широта и певучесть славянской природы, её бесшабашность и подчас не знающая границ удаль — это также результат осознания славянами громадности своих земель, неисчерпаемости и неохватности богатств.

Алексей Викторович Гудзь-Марков

История / Образование и наука

Похожие книги