Она подчинилась, изумленная неожиданной силой его крика. Эхо голоса отразилось от невидимых стен и высокого потолка пещеры. Они замерли, но чем дольше прижимались друг к другу, тем громче становилось их дыхание. По телу Джулианы разлилось тепло, сосредоточившись на груди. Она почувствовала покалывание в сосках. От этого ощущения ей захотелось заерзать, но она сдерживалась.
Внезапно Грэй пошевелился. Откинув ее струящиеся волнами волосы и открывая тем самым доступ к шее, он стал нежно покусывать чувствительную кожу затылка. Ее тело пронзили незнакомые ощущения. Она выгнула спину, чувствуя, как между ног нарастает и вспыхивает приятное возбуждение. Услышав стон, Джулиана поняла, что это стонет она сама.
Его язык следовал по плавному изгибу шеи, продлевая её агонию. У неё вырвался новый стон.
— А, промурлыкал он, Вот и секрет.
Какой секрет? Его руки потянулись к ее груди, нащупав пальцами соски. Она, как слепая, широко раскрыла глаза и открыла было рот, чтобы запротестовать. Но вместо этого задохнулась, так как он, обрывая ее протест, снова прикусил нежную кожу шеи. Спина выгнулась, вдавив грудь в его ладони.
Она никогда не испытывала такой потрясающей, чувственной пытки. Когда его руки скользнули под платье, лаская обнаженную плоть, Джулиана вдруг подумала, что может больше никогда не почувствовать этого снова. Губы дразнили кожу ее шеи. Руки опустились на грудь и обнажили её. Чего бы они ни касались, кожа там горела огнем. Агония между ног возрастала, и она начала извиваться.
На сей раз Джулиана почувствовала, как что-то твердое прижимается к ее ягодицам. Даже не сознавая почему, она испытала потребность повернуться и потереться об эту твердость. Она попыталась было это сделать, но он остановил ее, найдя губы и целуя их. Пока одна его рука ласкала ее грудь, другая, не спеша, скользнула вниз, нежно двигаясь сначала по внешней стороне бедра, затем? по внутренней. Он раздвинул ей ноги и остановился. Скажи "да", радость моя, прошептал он, когда она прижалась к нему. Я не собираюсь грабить и разрушать, а только хочу доставить тебе наслаждение. Скажи "да", умоляю.
Она не желала думать о мире вне пещеры или о том, что будет после. Возможно, его желание всего лишь мимолетный порыв, и она будет расплачиваться за свою слабость. Но его красота и искусность дарили ей поистине ни с чем несравнимое наслаждение. Она хотела этого. Пусть это будет только для нее и именно с этим мужчиной, который так невыносимо возбуждает ее.? Да.
Он не позволил ей повернуться к нему. Прижимаясь губами к ее рту, рукой он скользнул под юбки и дотронулся до верха ее сапога. Кончики пальцев прочертили дорожку от ее колена по внутренней стороне бедра, выше и выше, пока практически не достигли того клубка нарастающего возбуждения. Он легко коснулся ее там. Джулиана отпрянула, но его рот оторвался от нее, чтобы прошептать слова ободрения и мольбы. Тело оставалось напряженным, пока он слегка не куснул её шею. Дразнящие укусы превратили ее чувства в хаос. Она наклонилась вперед, пытаясь увернуться настойчивых губ, и вцепилась руками в его ноги.
Пальцы впились в мускулы на внутренней стороне его бедер, тем временем рука Грэя вернулась к самому волнительному месту на теле Джулианы, и он принялся ласкать её там. При первом же прикосновении Джулиана дернулась и выгнулась, чтобы зарыться пальцами в его волосы. Ноги раскрывались все шире с каждым дразнящим касанием. Это чувство росло и росло, пока не захлестнуло их обоих.
Тело горело, и чувствительная точка пылала под его ласками. Затем он сжал ей сосок, и она вскрикнула, прижавшись к его руке. Он двинулся вместе с ней, поднял и уложил на землю. Его рука не прекращала терзать ее. Джулиана опять выгнула спину, притягивая его к себе, сама толком не понимая, чего же желает.
Он сопротивлялся только мгновение, а затем опустился на нее. Она вздрогнула, когда пылающая плоть коснулась того места, где раньше находилась его рука, но она была настолько возбуждена, что странное ощущение вскоре исчезло. Его бедра прижались к ней, и внезапно у нее мелькнула мысль, что опыт обращения с больными мужчинами совсем не подготовил ее к общению с мужчиной, обладающим таким великолепным здоровьем. Потом эта мысль исчезла, как только он возобновил свои сводящие с ума ласки. Пальцы вновь запутались в его волосах, все глубже и глубже зарываясь в их мягкость по мере нарастания ее наслаждения. Она чувствовала, как клубок внутри нее распух практически до болезненного состояния и продолжал все расти и расти. Девушка вскрикнула, когда он передвинул бедра, чтобы скользнуть внутрь. Грэй вошел в нее без предупреждения, и она почувствовала боль, которая, однако, быстро сменилась неудержимым желанием двигаться. Он входил и выходил из нее, и она поняла, что сойдет с ума, если он остановится.