— Как забавно слышать ваши прозвища.
— Да, это просто такая шутка, Ирочка. Так уж повелось с детства, когда мы одновременно прочитали знаменитые рассказы Конан Дойла о приключениях двух друзей. Тогда мы решили, что наша будущая жизнь будет так же богата историями в стиле Шерлока Холмса и доктора Ватсона. Увы, мечты оказались гораздо интересней действительности.
— Простите, не могу согласиться с вашей последней фразой, Алексей. Когда мне порекомендовали обратиться за помощью к журналисту Зарубину, я подняла все материалы, касающиеся вашей деятельности, Игорь. Это не сложно сделать в наше время. Прочитав их, я про себя отметила, прежде всего, необычность запутанных историй, которые вам пришлось расследовать, а также то, что рядом с вами почти всегда всплывало имя майора Успенцева. И знаете, после этого я не рискнула бы назвать вашу жизнь обыденной. Скорее, вы и есть в известной степени Холмс и Ватсон нашего города. Только, к сожалению, далеко не все об этом догадываются.
— Замечание с удовольствием принимается. Давайте выпьем за то, чтобы в нашей компании появилась своя миссис Хадсон.
— Давайте, — засмеялась девушка, — готова хоть сейчас принять участие в кастинге при условии, что «миссис» можно будет временно заменить на «мисс».
— А что, неплохая идея! Ваше здоровье, потенциальная мисс Хадсон!
Вечер пролетел быстро. Мы уже пили каждый свой чай, когда Успенцев поинтересовался, что мы намерены делать дальше.
— Я предложил Ирине на время поселиться в квартире моих родителей. Так что, вы будете соседями, а на вас, господин майор, возлагается ответственная миссия телохранителя этой девушки. Собственно, как вам это и полагается по роду деятельности. Завтра суббота, и мы придумаем как незаметно переместить часть её вещей на новое место жительства, и где добыть Ирине новую машину. На время нашего расследования она возьмёт отпуск на работе.
При этих словах Успенцев заметно оживился:
— Ирочка, я готов охранять ваше тело днём и ночью, не сочтите за бестактность.
Девушка рассмеялась:
— Не так резко, майор. Вы можете испугать свою подопечную, ещё не начав спасать её от неизвестного террориста.
— Ирочка, я буду крайне осторожен в рамках этого деликатного вопроса. Не стоит меня опасаться, поверьте, за этим столом сидят ваши друзья.
— Спасибо, ребята! Вы и представить себе не можете, как мне легко с вами после кошмара последних дней.
Я показал Ирине квартиру, оставил ей во временное пользование пару футболок, тапочки, халат и велел звонить в случае необходимости мне или Алексею в любое время суток. Мы, убедившись, что дверь за нами заперта на ключ и засов, разошлись по своим жилищам: Успенцев — этажом выше, а я — в свою новенькую квартиру в одной из башен на правой стороне реки.
Резкий звонок телефона вырвал меня из сладких объятий сна. Стрелки на светящемся циферблате часов показывали без четверти два. Я поднял трубку.
— Он здесь, — раздался пронизанный рыданиями голос Ирины, — он был здесь!
Остатки сна мгновенно ушли прочь.
— Ира, успокойтесь, ради Бога! Поверьте, этого не может быть. Позвоните Успенцеву, он спустится к вам через минуту. Только не забудьте открыть ему дверь. Я уже в пути.
— Быстрее, я умоляю вас!
— Ира, звоните Алексею.
Спустя пятнадцать минут я стоял перед дверью родительской квартиры. За незапертой дверью слышался голос Алексея. Я зашёл внутрь и проследовал в гостиную. Там стоял Успенцев, держа в объятиях всё ещё рыдающую девушку. Увидев меня, он, не разжимая рук, произнёс:
— Часть вторая: те же и Зарубин.
Я подошёл ближе:
— Ирочка, прекратите плакать! Мы с вами, в квартире никого нет. Лучше расскажите, что произошло. А, впрочем, одну минуту.
Я подошёл к серванту, открыл дверцу бара, достал начатую бутылку массандровского муската и разлил её содержимое в три бокала.
— Выпейте залпом как лекарство. Это приведёт вас в чувство, а заодно — и нас тоже. Только, умоляю вас, не плачьте больше.
Мы втроём выпили успокоительное и сели за стол в центре комнаты.
— Расскажите нам, Ирочка, — повторил я свой вопрос, — что случилось?
Слегка порозовев от вина и успокоившись, она сказала:
— Он был здесь.
— Этого не может быть, — мягко прервал её Успенцев. — Ира, вы сами открыли мне дверь, отодвинув задвижку. Дверь не имеет признаков вскрытия. Попасть сюда в квартиру, которая находится на пятом этаже, иным путём можно только через окна, но я проверил: стеклопакеты не повреждены и хорошо видно, что их не открывали довольно давно. Так что, вам, скорее всего, привиделось нечто невероятное во сне.
— Да, а записка, лежащая на стуле возле кровати, мне тоже привиделась?
— Хорошо, идёмте, посмотрим на эту записку.
Мы прошли в спальню.
— И где же она? — спросил Лёшка.
— Да вот же на стуле.
Стул был совершенно пустой, если не считать платья, переброшенного через спинку.
Мы переглянулись с Успенцевым. Дело принимало нежелательный оборот.